Вчерашние от мамы: у них все хорошо, Аришка спит, вела себя как ангел. При мысли о дочке немного легче становится. Захотелось немедленно за ней поехать, но куда мне сейчас. Сперва в себя нужно прийти.
Мамашки из “Непосед” опять что-то допоздна обсуждали, заняться было нечем, видимо. Даже не открываю, чат дома тоже.
Абонент Любимый был в сети час назад. Непрочитанных сообщений нет.
Интересно, во сколько он вернулся домой и что тут обнаружил? Застал Наташку или нет? Наверное, спать пришлось на диване – кровать я заняла, пьяная. Он ненавидит пьяных женщин, представляю, как разозлился, когда увидел свою жену невменяемой...
Если увидел.
Подозрение пронзает ледяными иглами. Хмурясь от головной боли, встаю и кутаюсь в халатик. Замечаю, что в квартире тишина – либо спит, либо снова уехал.
Или не приезжал?
Прохожусь по комнатам – никого. Если и был, следа не оставил, а это не в его привычках. Стас не убрал бы за собой подушку и плед, если бы тут спал. Забыл бы отнести в стирку несвежую рубашку. Чашку из-под кофе не помыл бы, вечно он так делает, я уже и ворчать давно перестала.
Ничего. Даже после наших посиделок Наташка все прибрала. Вымытые тарелки и бокалы сохнут на полотенце, мусор выброшен в ведро.
Мой муж уехал со своей девицей и не пришел ночевать. Вот так, демонстративно, не счел нужным ни объясниться, ни предупредить.
Да, он с характером, я бы и не вышла за тряпку. Но он бы никогда со мной так не поступил, он ведь нас любит. Меня и дочку. Всегда говорит, что все, что он делает – ради нас...
О чем я – он уже так поступил. Прямо сейчас. Просто так, без какого-либо повода с моей стороны, ведь еще позавчера все было хорошо.
Слезы кончились и злость тоже. Осталась тупая апатия. Ничего не хочется. Лечь бы сейчас и не вставать больше. Но даже этого не могу себе позволить. В обед надо за Аришкой ехать, у мамы наверняка на вечер планы. Не хватало еще с ней поссориться.
Отправляю ей сообщение и решаю проверить звонки. Вот блин. Исходящие, в час ночи. Довольно долго разговаривали. Я напилась и сама названивала Стасу, а теперь ничего не помню.
Ну почему до сих пор не придумали приложение, блокирующее телефон, когда хозяин пьян? За любые деньги установила бы!
А ведь он мог именно поэтому дома не ночевать. Мало ли, что я наговорила, вдруг сама же и велела идти туда, где весь вечер шлялся. Он и пошел...
Надо перезвонить. И без того наши отношения летят под откос, не стоит делать еще хуже. Нажимаю вызов. Длинные гудки шурупами ввинчиваются в больную голову. Морщусь, потирая виски, но терплю.
– Да, – рявкает до боли в сердце родной голос. Очень зло рявкает.
– Ты где?
Ну а что еще сказать? Спрашивать, о чем мы вчера разговаривали, стыдно. Требовать объяснений глупо, наверняка я их уже требовала, не помню просто.
– У Дениса. Ты что, ничего не помнишь, что ли? – отвечает раздраженно. – Еще бы, так напиться! Тебе вообще не стыдно за то, что вчера устроила?
Не знаю. Я ничего и не устраивала вроде бы, тихо посидели с подружкой на кухне.
А вот ты, дорогой устроил. И теперь делаешь вид, будто и не было ничего.
– А тебе? – в свою очередь злюсь я. – Ничего рассказать не хочешь?
– Да нечего рассказывать, нечего! – Он едва не срывается на крик. Я аж отставляю телефон подальше от уха. Но Стас шумно выдыхает и говорит уже спокойнее. – Слушай, давай-ка ты проспишься, приведешь себя в порядок, а вечером поговорим. За Ариной заеду.
Почему-то это предложение вызывает бурю эмоций. Я не хочу, чтобы он оставался наедине с моим ребенком. Словно этот человек вдруг стал чужим, тем, кому нельзя доверять.
– Не нужно, я сама. Мы с мамой договаривались, – возражаю поспешно, стараясь не повышать голос. – Дома будем ближе к ужину, надеюсь, в этот раз обойдемся без непрошенных гостей.
– Юль, я же сказал...
– Пока, – перебиваю и сбрасываю звонок.
Нечего рассказывать, значит? Действительно, подумаешь, застала его за романтическим свиданием, пустяки, дело житейское!
Отчетливо понимаю, что и сама не желаю ничего слушать. И видеть его тоже, пусть катится к своей гиене, Денису или где он там предпочитает ночи проводить. А мне надо об Аришке подумать, вот что по-настоящему важно. Пора взять себя в руки.