— Я могу забрать и воспитать которуна, если хочешь. — Предложил Айрос.
— Э, нет, мне уже за него по шапке досталось, и отдать его я могла ровно до того момента, как он повторно попал ко мне в руки, а теперь все… Теперь это моя ноша, не отдам… — Ответила я, почесав зверька по спинке, но после добавила, — только… если не пойму, что ему со мной хуже… Я не изверг какой, чтобы калечить подобной пародией на привязанность.
— Хорошо, — Айрос кивнул и улыбнулся. — Тогда, если Зарекс все же захочет им перекусить, то можешь сказать, что это мой подарок, и дракону придется отступить. Большим я помочь, увы, не могу. Запасы подходящего молока есть только у Хазаэля.
— Спасибо. Но, надеюсь, что до этого не дойдет. Не думаю, что Зарекс учинит мне испытание на верность в злодейском стиле. Когда позволяют привязаться к какому-то беззащитному существу, а после дают ультиматум — или я, или существо…
— Вообще-то, Мастер — может, — со смешком сказал Хазаэль, получив при этом осуждающий взгляд жреца. — А что? Он вполне способен на такое.
Глава 27. Коварные планы
— Да, вот только остановит твою руку до того, как ты нанесешь удар. — Добавил Айрос. — Для правителей преданность — это роскошь. Которой мы зачастую не обладаем, но которая нужна нам также сильно, как дыхание.
— Для меня это была бы не проверка… — Негромко произнесла я, внутренне содрогаясь от подобной перспективы. Прижала котенка ближе, будто его действительно хотели отобрать. Но в ответ получила лишь недовольное ворчание и болезненный удар лапой.
— Это крайняя мера. За время моей жизни в Альтеранионе Мастер использовал ее лишь единожды. И то человекоподобное не было достаточно верным своему правителю, так как предпочло напасть на него. И это был не правильный выбор. — Грустно отозвался Айрос.
— Хм… смирение и покорность при выполнении приказов тоже не залог верности. Ведь сложно не возненавидеть того, кто поставил тебя перед подобным выбором. Даже если я решу исполнить приказ и до этого не ощущала сомнений, после подобного они наверняка появятся. — Пожала плечами и почесала которуна за ушками.
— У тебя — вероятно. Но представители дворянства почти всегда тайно или открыто ненавидят своих правителей, какими бы хорошими они не были. Ведь, если трон опустеет, им представится шанс самим взойти на него. Так что, это вопрос именно верности, а не любви. — С непередаваемой горечью и болью возразил он.
— Скорее тупости… Неужели кто-то действительно захочет по собственной воле взвалить на себя подобную ношу. В то время, как может спокойно сидеть где-нибудь в замке, попивать вино и трахать все, что движется… Простите за грубость… или просто читать, или рисовать целыми сутками, зная, что находится в полной безопасности?..
Айрос чуть замешкался и согласно кивнул, — я прожил в Альтеранионе почти два кроника, и за это время от Зарекса пытались избавиться буквально всеми доступными способами. За свои проступки они были наказаны, но все же остались в живых. Хотя по меркам любого людского государства, их должны были обезглавить или сжечь заживо. Та проверка, что была на моей памяти, устраивалась против предыдущего Главы Дома Рыцарей Смерти, то есть тех, кто поклялся своей жизнью и существованием защищать своего Императора. Но, как видишь, они предпочли его убить… Если верности нельзя добиться даже от нежити, то чего ожидать от людей.
— Вот теперь мне его совсем жалко… — вздохнула я. Айрос недоумевающе взглянул на меня, а Хазаэль хмыкнул, вновь наполняя бокал вином. — Так мало тех, с кем можно вот так спать, свернувшись калачиком. Постоянно в напряжении, ждать подлости… и, как я успела увидеть, получать ее в огромных количествах. Конечно, жалко…
— Вообще-то вы двое — единственные, с кем Мастер позволяет себе так спать. С тобой, кстати, все понятно. Так как ты не знала, кто он, то у тебя не было причины убивать его, а вот с ним… — Кивок в сторону Айроса, — все гораздо запутаннее.
— Ну, дракончиком он от меня сбежал… Так что… он один — единственный и неповторимый. — Улыбнулась я.
Айрос покачал головой. — Это не так. Думаю, имелось ввиду именно нахождение рядом, а не форма. Насколько я знаю, Зарекс, не засыпает рядом с посторонними, даже если был близок с ними. — При этом он вопросительно посмотрел на Хазаэля, и тот кивнул.
— Вообще-то у него особо выбора-то не было. Он не засыпал, а отключился… Не думаю, что будь у него варианты, мне бы так посчастливилось отличиться.