— Простите… Если бы я могла выбирать, постаралась бы занять другое тело. Не обремененное такой глубокой историей и не вызывающее столько ассоциаций. Если вам будет легче, можете побрызгать меня другими духами, чтоб никого не смущать.
— Могу подарить те, что нравились моей матери, если это приемлемо. — Мягко предложил Айрос.
В голове возникла сцена с коронации и надменная блондинка, что пыталась убить сына. Странно, что он до сих пор хранит духи той женщины. Так что с опаской уточнила, — а это не будет вызывать ассоциаций уже у тебя? Мне в принципе не так важно, чем пахнуть, главное, чтобы вам было комфортно.
— Если бы они мне не нравились, то зачем бы я стал носить их с собой? — С улыбкой вопросом на вопрос ответил Айрос, отвел взгляд в сторону очага, подкинув туда магией несколько поленьев, и только после с неизменной улыбкой продолжил, — на самом деле их аромат напоминает мне о тепле и доме. А еще он сладкий и горький, как любовь семьи, которую я мог видеть и ощущать лишь в своих снах. Так что, нет, я вовсе не против, чтобы они вытеснили запах духов Девы Льда.
Возможно, если бы не тот сон, не смогла бы уловить всю гамму переживаний, что вкладывал парень в эти простые слова. Но сейчас сердце щемило от жалости. И как можно было не любить этого ребенка? Он же … воплощение тепла, предусмотрительности и заботы. Захотелось протянуть руки и потискать, как недавно которуна, укрыть, защитить, поделиться нежностью и … любовью. Так, отставить! Да что за мысли лезут в голову? Можно подумать, ему нужна моя жалость и лю… Ведь, если судить по снам, Айроса всегда окружают писанные красавицы. Тряхнула головой и вновь взглянула на парня. Он протягивал мне красивый хрустальный флакон. Я несколько секунд любовалась искусностью исполнения и лишь после откупорила. Нанесла всего каплю, разделив между кожей за ушками и запястьями. И закрыла глаза, пытаясь проникнуться ароматом. Он действительно оказался теплым и невероятно красивым. Оттенки запахов игрались, сплетаясь в причудливую гамму ассоциаций. Тяжелые древесные смешивались с легкими воздушными, цветочными, начиная от сладковатого колокольчика, нежного жасмина и бархатистой розы, заканчивая все игривыми нотками цитрусов и мускуса.
— Похоже на цветочную поляну посреди леса, и кажется, все это растет как раз в твоей Империи. — Сказал Хазаэль, а я вместе с этим открыла глаза.
— Именно так. — С особой улыбкой кивнул Айрос. — Императрицу Миантариона, за ее красоту, считали лесной нимфой, она была слишком прекрасна для человека.
— О, я читал о том, как Харос пошел войной на соседей… Империю Беклакс, чтобы получить их принцессу и сделать своей супругой. Хотя многие склоняются к мысли, что основной причиной была все же не красота младшей дочери Квиана, а желание присоединить его земли. Сделав эту маленькую, но гордую страну всего лишь еще одним из герцогств Миантариона. — Улыбаясь в ответ, произнес Хазаэль.
В этот момент в комнату, с характерным хлопком о шторку, влетела очередная ящерка, в этот раз черного цвета. Айрос вновь повторил трюк с кольцом и прочтением свитка. Но на этот раз улыбка почти сразу пропала, он мгновенно стал серьезным. После прочтения, тяжело вздохнул, и, отложив свиток, стал слегка трепать дракончика по гриве.
— Ракс… тебе нужно проснуться. — На что получил недовольное пофыркивание. — Ракс, это важно.
— Закрой глаза, — сказал Хазаэль, смотря на меня, а я не посмела не повиноваться.
— Эри… — Грудной голос с хрипотцой коснулся слуха, а по нутру побежали восхищенные мурашки. После раздался грохот падения и шуршание чешуек по полу. Искушение открыть глаза и посмотреть что там такое творится, казалось почти осязаемым. Голос Зарекса… возбуждал, заставлял трепетать сердце… да и остальные чувствительные части тела тоже. Соски начали болезненно впиваться в ткань рубашки, стянутой корсетом.
— Ракс, остановись, мы не одни и … прилетел вестник … с новостями из Миантариона. — С придыханием произнес Айрос. А по стенам моей решимости расползлись трещины.