Выбрать главу

— Мне посрать, сколько из вас сдохнет! Абсолютно все из вас — это отбросы общества, способные только на то, чтобы гадить в собственном доме, а потом с радостью жить в этом дерьме. Так что запомните на всю свою короткую жизнь: тут вы смертники! Обычное, никому не нужное мясо, которому разрешили принести пользу остаткам нашего общества тем, что смогут сдохнуть, сделав хоть что-то полезное. Так что для вас, смертники, есть несколько простых правил. Попробуете пройти в любой из коллекторов за вашей спиной — вас встретят свинцом и плазмой. Любой, кто отдалится в тыл больше, чем на километр от линии боев, будет признан дезертиром и уничтожен. Единственная возможность для вас вернуться наверх — это полностью обнулить красный уровень. Каждый убитый монстр — это минус часть красного уровня. Каждое выполненное задание — это минус часть красного уровня для всего взвода. Каждый залет любого члена взвода — это залет всего взвода, увеличивающий ваше время пребывания в местном филиале ада. Сейчас всем вам выдадут недельный рацион питания, и мне посрать, сожрете вы его сразу или растянете на неделю. Но следующий паек вы получите только через семь дней. Снаряжение и оружие вам выдадут сразу после пайка, в интерфейс ваших взводных командиров Сердцем будет выведена кнопка активации оружия. Для тупых объясняю: взводные — это те из вас, кому выдали пистолет, пригодный, только чтобы застрелиться с горя. И мне снова-таки посрать, как вы определите, кто именно ваш взводный, это исключительно ваш личный геморрой! Да, чуть не забыл, задача на ближайшие два часа — сменить моих ребят на первой линии боев, задача на неделю — продвинуться вглубь канализации на пятнадцать километров. Да, вы правильно понимаете, мне действительно абсолютно посрать, как вы это сделаете, вы либо это делаете, либо дохните, чем просто снимете с меня лишнюю головную боль.

Развернувшись, он широким шагом направился к полевому командному пункту, напрочь игнорируя попытки некоторых что-то у него спросить или уточнить. Я, конечно, его немного понимаю, скинули на его голову проблему в виде толпы непонятных личностей, весьма далеких от дружбы с законом. Но, мать его так, это уже вообще ни в какие рамки не лезет. Что, так тяжело день-другой дать на банальное слаживание подразделений, ну или как минимум возможность приструнить зарвавшихся индивидуумов, или обучить тех, кто с оружием не в ладах?

Одно из двух: либо он нас всех за что-то ненавидит, либо это приказ сверху. Ну как-то не вяжется у меня достаточно толково организованная база, с заслонами, патрулями и всем необходимым, с таким наплевательским отношением пускай и к второсортным, но бойцам. Вышел, выдал минимальную информацию и ушел, оставив самостоятельно разбираться, что нам теперь делать.

Ладно, будем выкручиваться с учетом того, что имеем. Развернув на половине обзора личные дела всего взвода и наслоив файлы друг на друга так, чтобы были видны только имена и фотографии, начал спешно осматриваться по сторонам, подзывая к себе тех людей, ну и мутантов, которые были в моем списке.

— Картос! — обратил на себя внимание того авторитета, с которым ехал в одном транспорте. — Решай, ты продолжаешь тянуть на себя одеяло, но тогда мне становится плевать на тебя и твое окружение, выживайте, как хотите. Или слушаешь мои приказы, и тогда я ставлю тебя командиром отделения, и всеми силами стараюсь, чтобы мы все выжили.

— Какие гарантии, что ты просто не прикроешься мной и мужиками, если это будет тебе выгодно?

— А какие, по-твоему, могут быть гарантии в нашем положении? Могу только дать свое слово, тебя устроит?

— Слово «Кровавого Скурфа»?

— Да! — задавил я в себе злость, попытавшуюся вспыхнуть от надоевшего уже прозвища.

— Меня устроит! Я, Картос, готов пойти под руку Кровавого Скурфа до тех пор, пока он не нарушит кодекс, либо пока он не отпустит меня на вольные хлеба.

— Я услышал!

— Я услышал!

Одни и те же слова из более чем двух десятков голосов донеслись до меня с разных сторон того столпотворения, в которое превратился строй после ухода местного командующего. Я не совсем понял, что произошло, но, похоже, я только что влип в какой-то кодекс правил местных бандитов. А самое паршивое, что разбираться, как обычно, придется по ходу дела.