— Отлично. Стало намного легче.
— Ш-ш-ш. Теперь представь, что вся эта история — пазл, лежащий на этом столе. На фоне — город, это место, небо, листья и всё, что является декорациями, всё, с чем ты смирился. Остальное — вырезанные из бумаги кусочки, на которых сцены сегодняшнего дня, девушка, где-то рядом полицейский. Не забудь добавить соседей и прочие детали мирка, за который ты борешься. Вернёмся к тому, что это не просто коллаж, а пазл, и теперь будет сложно, но постарайся это сделать. Запомни очертания всех образов, держи их в голове. Сейчас мы заменим картинки и цвета каждого образа всего на три цвета. Синим будет физическое восприятие происходящего — сама картинка, звук и запах. Вспомни, что именно ты видел, и почувствуй глазами. То же самое сделай с остальными ощущениями. Пройди по каждому образу. Попробуй отделить только непосредственный момент получения информации, момент раздражения рецепторов. Постарайся не оценивать его. Представь дорогу до дома, деревья. Что же происходит у твоего дома? Далее — полицейский. Это человек в форме. Представь его. Он ещё ни на кого не похож, он не хороший и не плохой. Ты ничего не знаешь про ситуацию, она для тебя ничего не значит. Первый цвет — синий. Помнишь, теперь твой пазл состоит из трёх цветов? И тебе нужно вытащить из него все синие детали и отложить в сторону. Второй цвет — красный. Твоя интерпретация. Это информация, которая оформилась в твоей голове в виде образов, то, как ты понял ситуацию, то, какими словами описываешь. Ты видишь нечто и понимаешь связь, тут всё тебе знакомо, и ты имеешь мнение на этот счёт. В твоей памяти также есть фантазии и предположения. Это красный цвет. Вытащи все детали красного цвета и положи их в кучку по центру. Следующий цвет — белый. На столе остался только этот цвет, и ты видишь, что лишь из него не складывается чёткая картинка, и мало того — скорее всего, ты не сможешь вставить детали других цветов обратно. Белый — это твои эмоции: попробуй вспомнить, что конкретно ты чувствовал, наблюдая эти образы. — Джейн замолкает на минуту, а затем продолжает: — Такие ощущения ты мог испытать от чего угодно, и теперь в эти пустые участки ты можешь вставить любой синий и любой красный. Таким образом можно поступить и с другими цветами. Необязательно оставлять в конце белый. Ты понимаешь — то, что тебя беспокоит на самом деле, работает только в комплексе, и все эти вещи по отдельности не имеют смысла. Теперь собери все белые детали в кучу и сложи справа. В конце тебе нужно попробовать представить, что эти три кучки — это вся твоя жизнь, где синий — это всё, что воспринимается органами чувств, красный — интерпретация, перевод в слова, а белый — эмоциональный результат. Теперь ты всегда можешь разбивать любые события на эти три кучки, если хочешь. А если хочешь забыть — ссыпай всё к остальным цветам.
— Интересно. Где ты этому научилась?
— Я придумала это сама, точнее, адаптировала под тебя. Ты можешь это использовать, когда захочешь.
— Неплохо отвлекает. Как минимум.
— Что будешь делать с надписью?
— Наверное, смою завтра. Там вроде осталась какая-то химия от строителей.
— Погоди секунду.
Джейн вскакивает и бежит в мой кабинет. По звукам понятно, что она роется в вещах и что-то ищет. Через пару минут возвращается с фотоаппаратом, по дороге заряжая его плёнкой.
— Идём! Ты так давно его не использовал!
— Я не в настроении.
— Сфотографируем твою недовольную мордаху. Посмотришь потом, когда вырастешь.
— Не уверен, что это суперидея.
— Это отличная идея, идём.
Джейн за руку вытаскивает меня из гостиной, и я, не успев обуться, с голыми ногами выпираюсь на улицу.
— Вставай так. Вот так, ага. Немного правее. От меня правее. Убери руки от лица.
— Мне холодно.
Я безвольно выполняю приказы, понимаю, что лучше не сопротивляться. Поворачиваюсь, вижу надпись — она в таком устрашающем готическом стиле, и, надо признать, достаточно красивая. Я опускаю руки, отрешённо смотрю на брусчатку. Солнце в это время дня не попадает сюда — тут создалась добротная тень от дуба и влажно, на дорожках неистребимый мох. На нём-то я и спасаюсь от ледяных камней. Босыми ногами я пытаюсь сгрести под собой листья, чтобы выжить. Джейн умудряется ходить в лёгких туфлях.
— Есть. Ты молодец. Похож на сонного воробья.
— Какого?
— Сонного!
— Главное, ты довольна.
— Тобой — всегда. Распечатаешь в большом формате. Папина лаборатория ещё существует?
— Да. Мама надеется, что я плотнее займусь фотографией и перестану гипнотизировать людей.
— А ты?
— А я не перестану. Можно я пойду в дом? Я не чувствую ног.
Избавившись от прилипших к ступням дубовых листьев, я возвращаюсь домой. Сейчас он кажется особенно уютным и наполненным.