Когда обсуждение закончилось, я собрался уезжать. Вечеринка только началась, и Джейн, как я понял, намеревалась быть тут ещё долго.
Спустившись, я решил перед уходом посмотреть экспозицию. Джейн объяснила — это картины художников, которые раньше имели профессии, не связанные с творчеством. Добившись успеха в карьере, они открыли для себя искусство, и тут выставлены немногие из тех, кто преуспел в этом. Единого стиля у экспозиции нет. Кажется, многие импровизировали на тему своей былой деятельности: много портретов в форме, странных интерьеров — заводов, офисов и прочего. Кто-то, выйдя на пенсию, отправлялся в путешествия — пейзажи и попытки изобразить быт местного населения экзотических стран.
На первом уровне маяка три большие картины совершенно поражают меня глубиной и цветом. Трудно было их не заметить сразу, войдя через эти же самые двери, но моя голова тогда была занята другим. Сюжет картин прост — холмы, овцы, вода. Чувствуется невероятная свобода, объём и, самое главное, грусть. Грусть, которую испытывает человек в глубоком одиночестве. Но её он придумал сам для себя, как спутника. И грусть эта созидающая, будто ты отправился куда-то так далеко, что теперь способен смотреть на всё, словно на маленький клочок бумаги на столе. На этом клочке вся твоя жизнь, всё время. И пока ты смотришь на поля и холмы, есть возможность, словно глядя из зазеркалья или космического корабля, облететь все места на планете, где ты когда-то бывал, всех, с кем был знаком, и услышать вновь всё услышанное. Время уже не имеет никакого значения, и после попадания сюда, на эту сторону, люди на той стороне перестают тебя знать, а события, в которых ты когда-то участвовал, перестают существовать. Совершенно не верится, что так много можно передать холодными тусклыми цветами и белыми пятнышками. Я стоял и смотрел на них около минуты и вдруг вздрогнул — я был так сосредоточен, что привычное прикосновение Джейн показалось жёстким и враждебным.
— Эй, ты чего?
— Полегче, не обязательно так тыкать.
— Перестань, ты в порядке? Чего тут стоишь? — Ладонь её растекается у меня между лопатками и становится привычна.
— Что это? — я показываю на три поразившие меня работы. Потом догадываюсь, что там есть шильдик с названиями, но уже поздно, и я получаю справедливую долю сарказма от Джейн.
— Ты, конечно же, не из тех, кто утруждается поиском жалких табличек. Зачем, ведь можно найти куратора выставки и попросить лично рассказать про картину. Это «Изолированная красота». Автор Глен Харт.
— А… И кто он? Что за пейзажи?
— Насколько я знаю, это Фолклендские острова. Не более того. Дяденька интересен тем, что когда-то работал адвокатом в Чикаго, потом его как громом поразило, он собрал чемодан и умотал. Он, конечно, тогда уже был старый и вроде как собирался на покой, но, по рассказам супруги, никто не ожидал от него такого решения — он одним днём собрался и уехал чёрт-те куда, на эти самые острова. Кажется, они находятся где-то, не доезжая пару остановок до Антарктики. Место малообитаемое, одинокое и холодное. Работы шли к нам долго, мы созванивались с его женой. Это один из самых сложных авторов. Узнала я про него случайно и загорелась найти. И нашла. — Джейн хвастливо улыбается половинкой рта.
— Впечатляет. Это, — я показал на картины. — И твоя целеустремлённость.
— Ты правда считаешь это хорошей работой?
— Во всяком случае, она впечатляет. Для меня это главный показатель.
— Приятно слышать, — Джейн взяла меня под руку. — Кажется, в прошлый раз тебя ничего не впечатлило?
— В прошлый раз я как-то не был готов что-либо воспринимать.
— Что изменилось?
— Не знаю, день какой-то совершенно пустой. Долго добивался от Коча информации по составу ERA, и, кстати, добился. Но использовать не смог — все опять проголосовали против. В общем, всё как всегда. Не хочу об этом…
— Дай этому дню шанс — кажется, тебе понравились идеи Тани? Теперь ты хотя бы немного хочешь заняться домом?
— Знаешь, когда печатал фотографии, понял, что это был единственный плодотворный шаг за последнее время и может положить начало чему-то.
— Будет весьма терапевтично. Сделать что-то для себя. Во всяком случае, сейчас это может помочь тебе.