Потирая затекшую шею, Мег раздумывала, что же вчера могло пойти не так. Да, были моменты, в которые она проявила слабость. Пару раз у нее возникали сомнения, но Меган сразу же их отметала. Она осознанно связала себя с Томом нерасторжимыми узами.
А значит, виноват был он сам! Мег разозлилась. Что бы ни держало ее в одном дне, это все из-за Тома! Надо отыскать его и потребовать объяснений, какого черта он творит и почему не выпускает ее из этого кошмара.
Каждый жест Мег выражал гнев и раздражение. Она рывком натянула платье. Почистила зубы, словно соскабливала плесень с плитки в душевой, и не стала заморачиваться с сухим шампунем. Наплевать, что волосы сальные. Важно только одно: как все-таки Том ее подставил?
Меган небрежно вела автомобиль, раздраженно фыркая, когда камешки вылетали из-под колес и стучали по машине. Подъехав к пристани, ударила по тормозам так, что раздался визг шин. Не заезжая на стоянку, бросила автомобиль у тротуара. Теперь дурацкое велотакси не сможет к ним подобраться.
Сегодня Мег собиралась переиначить все, что можно, вплоть до самых незначительных мелочей. Может, она вообще умыкнет сумку-переноску и отправится гулять с кошкой.
Паром медленно приближался, и с каждой секундой ожидания Меган распалялась все больше. Когда Том наконец ступил на берег, она готова была взорваться.
Глава 18
Том
Снова гудок парома. Том мог поклясться, что с каждым разом этот рев становится все громче.
Острая боль в шее.
До тошноты жизнерадостное «Доброе утро!» от мужчины, похожего на Генри Уинклера.
Том зажмурился и опять раскрыл глаза.
Наверное, он так и помрет в этом бесконечном дне!
Раньше Том всегда отвечал попутчику, но в этот раз ему было не до того. Он сжал челюсти и устремил взгляд поверх Генри Уинклера.
Очевидно, мужчину это не смутило. Он наклонился к Тому и постучал по сиденью.
– Я вам по-хорошему завидую: никогда не могу заснуть на пароме. Приходится стаканами глушить кофе до тех пор, пока не почувствую, что не способен усидеть на месте. И знаете, что я делаю потом?
Поскольку молчание не помогало прекратить разговор, Том все же удостоил его ответом.
– Не знаю, – буркнул он сквозь зубы.
Генри Уинклер весело хохотнул:
– Опять пью кофе!
Чаша терпения Тома переполнилась. Сил не хватило даже на элементарную вежливость.
– Нет! – Это слово вырвалось у него само собой.
– Что-что?
Том достал из кармана капли и, не целясь, обильно залил их в глаза. По щекам потекли струйки. Наверно, он сейчас похож на маньяка. Ну и плевать!
– Я говорю, нет!
– Что – нет? – Генри Уинклер поправил очки.
Том заметил, что его свитер-безрукавка весь усеян то ли собачьей, то ли кошачьей шерстью.
– Нет этому дню, нет всяким разговорам, нет вообще всему! – Том еще никогда в жизни не грубил людям так явно и беззастенчиво. Не то чтобы ему это не понравилось.
К его ужасу, Генри Уинклер сморщился, будто еле сдерживал слезы, и на Тома, как удар ниже пояса, обрушился стыд.
– Простите, – искренне извинился он. – Просто у меня сейчас тяжелый период.
– Ничего, – махнул рукой собеседник. – С кем не бывает. Главное, помните: все наладится. А если и нет, завтра будет новый день.
Если бы он только знал…
Пока паром со скоростью улитки подползал к берегу, Том воскресил в памяти все свои сожаления и ошибки, причем недавним прошлым не ограничился. Поскольку он остался один-одинешенек, а страдание, как известно, одиночества не любит, ему было особенно тоскливо, и он предался самоедству.
Том вспомнил, что, когда он только устроился в компанию «Прескотт и Прескотт», на него сваливали самую утомительную и нудную работу. Однажды Тому, Броуди и еще нескольким сотрудникам поручили очень трудное, резонансное дело по борьбе с монополией. Они всей командой недели напролет ишачили в кабинете и корпели над кипами бумаг, хотя понимали, что этот спор с большой долей вероятности будет урегулирован без судебного разбирательства и тогда их усилия пойдут коту под хвост.
Еще одним членом их команды была девушка по имени Маюми, которая появилась в фирме за пару лет до этого. Они с Томом несколько дней трудились бок о бок, всеми силами стараясь поднять друг другу настроение. Маюми обожала шутить с самым серьезным видом, что очень нравилось Тому.
В какой-то момент Маюми позвала его пообедать вместе.
Том вежливо отказался. Он любил с ней общаться и был уверен, что приглашение это исключительно дружеское. Однако Том избегал даже малейших намеков на неверность с его стороны. Не хотел давать коллегам пищу для сплетен, а Мег – повод для беспокойства.