По ее лицу Том понял, что она сразу же пожалела о сказанном. Помолчав немного, он продолжал:
– Я позволял отцу все решать за меня…
Меган кивнула.
– …как будто боялся принимать решения самостоятельно. – Том грустно улыбнулся. – Наша любовь – исключение.
– Мы выбрали друг друга, – подтвердила Мег.
У Тома защемило в груди.
– Да. Значит, я способен принимать совершенно правильные решения.
– Ты так считаешь?
Том понимал, что она имеет в виду. Их совместная жизнь превратилась в поле боя. Однако он крепко держался за то хорошее, что между ними было: за их болтовню на лекции о природных катастрофах, кулон-сердечко, признание в любви, новогодние вечеринки, предложение руки и сердца под звездами на потолке и все остальное.
– Да. Уверен. – Тому отчаянно хотелось сжать ладонь Меган и долго-долго не отпускать. – Извини, что требовал от тебя многим жертвовать ради моей карьеры, которая и нужна-то была даже не мне, а отцу.
Мег пожала плечами. Том догадался, что она думает про Нью-Йорк, Лондон и все упущенные возможности.
– Сейчас это уже неважно.
– Нет, важно! – осторожно, чтобы не свалиться прямиком в бурлящую внизу водяную могилу, Том повернулся к Меган. – Я поступал как трус. И очень сожалею.
– Я не могу тебя упрекать, ведь и у меня сожалений хватает. – Мег закусила губу, и Том вновь непроизвольно представил ее рядом с Лео, проклиная собственное воображение.
– Кстати о сожалениях… – Том прокашлялся. – Прости, что наврал про записку – ту, которая была на лобовом стекле.
Меган попыталась отмахнуться от его извинений.
– Том, я…
– Нет, серьезно! Я хочу, чтобы ты знала, почему я тебя обманул.
Небо темнело, однако луна сияла так ярко, будто прямо над ними висел прожектор. Тому прекрасно видел лицо Мег.
– То, что я к тебе испытывал… такие сильные чувства невозможно было выразить словами. Я тебя целовал, стряпал для тебя, покупал дурацкие украшения…
Меган инстинктивно сделала жест рукой, словно собиралась сжать кулон.
– …но я боялся признаться. И когда в ту ночь ты расплакалась и раскрыла душу, а Лео тебе написал… – Жаль, что нельзя заплакать, излить со слезами всю свою боль. – Я понял, что эта записка – то, что тебе нужно. Я мечтал бы стать тем человеком, который смог так хорошо тебя утешить… И поэтому не стал разубеждать, что ее подложил я.
Меган медленно кивнула. Похолодало, и на ногах у нее выскочили мурашки. Она потерла голени, чтобы немного согреться.
– Можно спросить? – Звезды, одна за другой появлявшиеся на небе, придали Тому храбрости, и он решился задать вопрос, ответ на который мог сильно его ранить. – Почему именно Лео?
Мег заметно напряглась. Она не ожидала, что он заведет об этом речь. На лице возникло задумчивое выражение, и Том терпеливо ждал, не торопя ее.
Наконец Мег заговорила. Твердо. Уверенно.
– Он любил меня. Меня настоящую. Или истинную – называй как угодно. Такой, какая я есть. С ним я не чувствовала, что должна лезть из кожи вон, чтобы заслужить одобрение.
– А со мной? – голос Тома дрогнул. – Тебе казалось, что я не люблю тебя настоящую? Что ты должна стать другой?
Меган покачала головой.
– Дело не в тебе, а…
– …в моей семье, – закончил за нее Том.
– Да. И в моей тоже. У меня часто возникает ощущение, что я обязана измениться, и это ужасно раздражает. – Она усмехнулась, искоса взглянув на Тома. – Я к себе не особо снисходительна.
Том желал бы, чтобы его терзания хоть немного развеялись, но пока ничего не выходило. Он непроизвольно воображал, как Мег занимается сексом с его неугомонным другом, любителем приключений, и никак не мог отделаться от этих мыслей. Том постарался сосредоточиться на том, что действительно важно.
– Значит, с помощью Лео ты пыталась меня наказать? За то, что я не вступаюсь за тебя перед родителями?
Мег закусила губу.
– Скорее, я думала, что с Лео у меня будет та жизнь, о которой я мечтала. Ты же в курсе, я всегда старалась быть надежной и ответственной. Чтобы на меня можно было положиться. Потому что, когда Полины и бабули не было рядом, все обязанности возлагались на меня. А ты знаешь, что сказала мама, когда впервые встретила Лео?
Том сомневался, что хочет это слышать, но все-таки уточнил:
– Что?
– «Ах, это самый лучший источник тревог и волнений, не правда ли?», – процитировала Мег, прекрасно копируя интонации Донны, и помрачнела. – Я симпатизировала Лео, но боялась заводить с ним отношения, потому что это было бы безрассудно и опрометчиво. Лео – из тех парней, которые нравятся маме.
Том сглотнул комок в горле.
– Значит, ты решила быть со мной, чтобы не стать такой же, как Донна?