Улю пробила дрожь, что она может столкнуться еще и с Максимом. Если Игорь Викторович, занятый работой и своим равнодушием к ней, может пропустить эту пикантную нотку в образе преподавателя. То Максим решит, что это вызов на очередное свидание: «Вот она я, берите меня, я на все согласна».
«Позор!»
Уля уже представляла, как провалится сквозь землю, с покрасневшим лицом и в пошлых чулках – так и отправиться в ад.
«Так, сегодня не буду выходить к доске, поднимать руки мне никак нельзя, лучше вообще спрятаться под стол», - решила Уля и зашла в кабинет директора.
15-2
Сегодня оказался все же не самый невезучий день. Босс сидел за своим внушительным рабочим местом, окопавшись в бумажках. Больше в кабинете никого не было, и Уля с облегчением выдохнула, поздоровавшись и нырнув «под стол». Лекция началась, как по маслу: термины, сложные формулировки и описание элементов, которыми обычно насыщается воздушное судно, полились сами собой. Уля расслабилась, позабыв о том, что у нее ниже пояса, благо Игорь Викторович видел только верхнюю часть, торчащую над столешницей. В принципе, директор сегодня особенно мало смотрел в ее сторону, преимущественно он изучал чертежи у себя на столе. Уля даже решила, что все ее старания напрасны, и слова пролетают мимо ушей объекта обучения.
- Грузовые отсеки обычно размещают бла, бла, бла…., помещение загрузки, бла, бла, бла. Аварийные выходы располагаются таким образом бла, бла, бла, бла, - именно так слышал ее директор по мнению Ули.
Мало того, что он не обратил внимания на ее стрижку и новый цвет волос, не говоря уже о чулках, так ему дела нет и до ее работы. Улю это взбесило.
«Ну уж нет, ты заметишь мое присутствие», - решила для себя девушка и встала с места, продолжая свой рассказ. Она подошла к доске, куда проектор проецировал презентацию с разрезами самолетов – цветные яркие картинки, которые так нравились Уле, но к которым был так равнодушен Игорь Викторович. Стоя перед ним во весь рост, она не поднимала рук, это было бы чересчур. Но его равнодушное кивание все больше выводило Ульяну.
«Интересно, если я залезу на стол, как предлагала Анька, он заметит меня наконец, обратит драгоценное внимание?»
Но Уля, конечно же, никуда не полезла. Вместо этого она вальяжно прошлась вдоль длинного стола для переговоров, за которым только что сидела. Зеркал нигде не было, потому сложно было сказать, мелькал в разрезах край чулок или нет. Тем не менее, это не произвело должного эффекта. И мысли о собственной несостоятельности, как преподавателя и как женщины, забили всю Улину голову. Потому текст лекции забылся, и девушка резко остановила свой рассказ.
Она сложила руки на груди и уставилась на начальника. Суровая действительность университета и педагогическая практика научили ее: если забыла материал и не можешь выдавить из себя ни одного слова, то пусть говорят студенты, их очередь помучаться.
- У вас есть ко мне вопросы? – тут же выпалила Уля.
- Да, - неожиданно ответил он и поманил, чтобы Уля подошла к его столу.
Она опешила. Неужели он ее слушал? Как-то сомнительно. Она проковыляла к торцу директорского стола, боясь подходить ближе и совсем позабыв про ту грацию, которую исполняла мгновением раньше.
- Взгляните на чертеж, Ульяна, - попросил он и откинулся на спинку кресла, чтобы не загораживать ей обзор.
Чертеж естественно лежал в самом центре стола, перед директором, а Уля стояла с краю так, что совсем не видела деталей, даже если прищурилась бы. Тут она решила, что вот ее звездный час реабилитироваться по всем фронтам. Она не стала обходить стол и вставать совсем вплотную, как делала это Даша, посещая кабинет директора. Нет, Уле в мозг ударила «Анька» или пошлая шлюшка, кто знает.
Она перегнулась через стол, практически легла животом на аккуратные стопки бумаг так, что, если бы захотел, босс увидел бы ее сбоку во всей красе. По мнению Ули, оттопыренная задница наверняка должна приподнимать платье. И чулки, вполне возможно, уже полностью видны из-под платья. Уля не могла знать точно, как выглядит со стороны, но это должно быть сексуально. Она ведь так часто видела подобное в кино.