Эля поежилась, поглядев на черную кожаную куртку, и отрицательно покачала головой. Быстрым шагом они пошли по дорожке.
— Алексей, а вы можете мне что-то сказать? — Эля убрала волосы с лица. — Как, по-вашему, надо знакомиться?
Выпитое развязало ей язык. Алексей вскинул брови.
— В смысле «как»?
— Ну… — Эля неловко засмеялась. — Я имею в виду, как люди выбирают себе мужа или жену?
Алексей вспомнил слова Матвея, сказанные им на яхте, и задумался.
— Наверное, мне надо извиниться. За то, что сказал тебе на первом занятии. Меня занесло тогда.
— Вы о чем? — она призадумалась, вспоминая. — Что надо будет выходить замуж, а не заново карьеру строить?
— Да. Откуда мне знать, что для тебя лучше. В смысле…
— В смысле не всем же хватать звезды с неба, — закончила за него Эля. — Но вы правильно сказали. Мне не нравится учиться на финансовом. Я бы на архитектора пошла.
Ветер поднял с земли клубы пыли и завертел в вихре. Деревья качало и гнуло из стороны в сторону. Еще чуть-чуть и хлынет. Эля обхватила себя руками, чтобы не озябнуть.
— А все же? Вы женаты?
Алексей кивнул.
— Выбирай, как у Виктора Гюго в «Соборе Парижской Богоматери». — улыбнулся он. — «Красота тянется к красоте», или как он там писал. Так и во всем: лучше, когда подобное тянется к подобному. А разговоры о том, что противоположности сходятся — такая чушь.
— Это почему же? — удивилась Эля.
— Сама подумай. Представь, он — научный сотрудник, ему нужна тишина, налаженный быт, чтобы работать. А она — гламурная киса, которая живет шоппингом и «тик-током» и по дому ничего не делает. Какие у них шансы? Месяца или два-три протянут? Кстати, это твоя коллекция мотыльков… Зачем ты их собирала?
— Чтобы рисовать. Я художественную школу закончила. А то было мое свободное задание для диплома. Ну и в микроскопе разглядывать интересно.
— Странное хобби. Для девчонки.
— Это же не тараканы, что вы, в самом деле! — рассмешила она. — А у вас что за хобби?
Алексей ответил, что теперь ничем не занимается, хотя раньше, пока не обленился, ходил на фехтование.
— Фехтование? — подивилась Эля. — А еще говорите, что я странное хобби выбрала!
Совсем стемнело, несколько крупных капель упали Эле на лицо.
— Слушайте, давайте тут свернем, там вон старый дом. — Она указала рукой.
Они побежали по желтой траве к брошенному деревянному строению. Внезапно стеной обрушилась вода. Эля вскрикнула, свитер за считанные секунды промок насквозь.
Укрывшись под крышей разваливающейся веранды, они замерли ненадолго, глядя на небо.
— У тебя зуб на зуб не попадает! — Алексей пристально оглядел Элю. — На вот. — Он снял куртку. — Сними свитер, с него аж течет.
Алексей принялся стягивать обвисший под тяжестью воды трикотаж с Эли, которую трясло от холода. Сарафан под свитером тоже промок. Мокрая ткань прилипла к телу, очертив контуры груди. Куртка укрыла худые плечи. Вдруг Эля вскрикнула и дернула головой в бок — часы Алексея зацепились за ее волосы.
— Ой, просто снимите их! Не пытайтесь распутать волосы! — взмолилась она после его неудачной попытки достать волосы.
Алексей, извиняясь, расстегнул браслет и часы повисли на пряди, отчего Эля опять ойкнула. В конце концов Алексей снял их.
— Извини…
— Все в порядке, — тихо сказала Эля.
Она стояла совсем близко к Алексею и, не мигая, смотрела на него. Неожиданно она прильнула к нему всем телом, обняв за талию и лицом уткнулась в грудь.
— Мне холодно, — упавшим голосом произнесла она.
Она шарила по его спине, добралась до плеч, и положила на шею.
— Эля?
Все случилось так быстро, что Алексей обомлел. С силой и жаром Эля прижалась губами ко его рту, при этом она сделала глубокий вдох и выдохнула со сладострастным стоном, отпрянув на секунду, чтобы сразу же вцепиться в футболку. Как одержимая Эля страстно целовала лицо и шею Алексея. Кровь ударила Эле в голову, в ушах стучал пульс.
До сих пор Алексей держал ее за плечи, но постепенно руки его скользнули вниз по спине на талию, а потом под подол сарафана. Он с силой сжал ее ягодицы, отчего она застонала. Она все плотнее прижималась, и ему пришлось сделать несколько шагов назад, пока спиной не уперся в несущую стойку. Правое бедро Алексея оказалось между ног Эли. Она, заведенная, стала двигаться по нему вверх и вниз, а он помогал ей, держа за попу. Так они обжимались, не переставая при этом горячо целоваться.
Эля ускорилась, потом внезапно расслабилась всем телом и, уткнувшись ему лбом в грудь, со стоном облегчения, выдохнула. Придя в себя через мгновение, она отпрянула и схватилась ладонями за раскрасневшееся лицо, моргнула. Крупные слезы покатились из ее глаз. Всхлипнув, она бросилась вон по мокрой скользкой траве.