Слушая истории о том, как фанаты выражают кумирам своё недовольство за малейшую «провинность», Рия искренне радовалась, что в своё время не стала айдолом. Чёрный океан — абсолютная темнота в зале, ни одного горящего лайтстика, гробовая тишина, или напротив уничижительный ропот и свист.
— Знаешь, — задумчиво произнесла она. — Ты, наверное, удивишься, но я никогда не хотела отомстить Мирэю.
— Правда? — забавно опешила подруга.
Но Рия лишь загадочно улыбнулась, встала и подошла к окну. Внизу причудливой подсветкой сиял похожий на огромную голубую каплю бассейн. Будто светлячки мерцали на стволах пальм и среди колыхающихся на ветру листьев белые огоньки светодиодов. Девушка приоткрыла створку оконной двери. Океан, дышал, как живое огромное мирно спящее существо, глубоко и равномерно. А ведь действительно океан.
— Пошли прогуляемся, — обернулась Рия.
— Уже поздно. Я устала. Так спать хочется, — лениво откинулась на подушки Юна. — Завтра с раннего утра съёмки. Да и настроения нет.
— Мы ненадолго, — заверила девушка. Она поправила пояс бледно-розового в более тёмную полоску платья с пуговицами по всей длине и критично осмотрела махровые одноразовые тапочки. Идти в свой номер переобуваться не хотелось, поэтому решила: и так сойдёт…
Когда спустились на пляж, Рия сбросила шлёпанцы и пошла босиком вдоль кромки воды.
— Когда это случилось? — спросила она, распуская волосы и позволяя морскому бризу свободно играть с длинными прядями.
— Что?
— Свидание Мирэя. До или после нашего с ним… хм…
(Как бы это назвать?)
Но Юна поняла без лишних слов и ответила:
— Точно до. Юджина раздражало, что несмотря на произошедшее, Мирэй продолжает общаться с Минсу помимо работы, а тот ведёт себя так, будто ничего особенного не случилось.
— Понятно, — Рия словно поставила точку в неприятном разговоре. — Теперь расскажи, как ТВОИ дела. Ты всю предыдущую неделю хандрила. Почему?
Подруга поначалу скупо, но постепенно всё сильнее увлекаясь, принялась жаловаться на злодейку-судьбу, подкинувшую ей деспота-режиссёра и размазню сценариста, из-за которых героиня, которую играла Юна, постепенно превращалась в неадекватную истеричку. Любые попытки актрисы исправить дело грубо пресекались. Никто из съёмочной группы не воспринимал её мнение всерьёз. Большинство смотрело снисходительно, считая, что девушку-айдола взяли в проект исключительно ради пиара и высоких рейтингов, благодаря поддержке армии поклонников. А тут ещё Юджин со своим камбэком. Зверски устаёт, на связь практически не выходит и популярная причина расставания звёздных пар «из-за плотного графика» больше не кажется притянутой за уши.
— Бесит всё! — сердито подытожила Юна.
— Покричи, — внезапно предложила Рия. — Лучше бы наедине, конечно. Но, думаю, мы достаточно близки, чтобы ты меня не стеснялась.
— Поможет?
— Не знаю. Попробуй. Говорят, эффективный способ эмоциональной разрядки.
— Говорят? А ты сама как считаешь? — начала допытываться подруга.
— Сама предпочитаю петь. Но для тебя пение — работа, поэтому не подходит.
— А как надо кричать? — всерьёз озадачилась девушка.
— Как хочешь, но лучше не словами, а звуками.
— Типа: а-а-а-а-а! — предприняла первую неуверенную попытку Юна.
— Нет. Лучше: А-А-А-А-А!!!
— Ну ты даёшь! — восхитилась наставницей ученица и тут же за ней повторила.
— Главное, голос не сорви, — в один из перерывов между «трелями», напомнила о мерах предосторожности Рия.
— Чем занимаетесь? — совершенно неожиданно раздалось возле уха (иначе она бы, наверное, не услышала).
— Джонг⁈ — девушка одной рукой схватилась за сердце, другой стукнула айдола по плечу. — Фух, напугал…
Она виновато погладила место удара и пояснила:
— У нас тут крикотерапия.
— Интересная методика, — предельно внимательным взглядом проследил за её ладошкой парень.
— А ты что здесь делаешь?
— Не спится.
— У вас самолёт рано утром.
— Хорошо, что я не пилот.
Рия присмотрелась: главный вокалист вёл себя непривычно расслабленно и безмятежно. Абстрагируется от ситуации или ему действительно всё равно, что происходит? Остальные мемберы расстроились куда больше.
Между тем Юна закончила сеанс, обернулась, обнаружила нежелательного свидетеля и испуганно подпрыгнула на месте:
— Божечки! Какого чёрта ты здесь делаешь⁈
Смешение противоположных понятий позабавило и вызвало общий смех, а вопрос стал явно риторическим.