Когда автомобиль набрал скорость, он дико задребезжал, и Джемма решила, что сейчас свалится с сиденья, а машина перевернется на спину и, тяжело пыхтя, откажется двигаться дальше, как уставший пес. Но жаловаться Джемма не хотела и лишь вцепилась в сиденье – да так, что костяшки пальцев побелели.
– Еще несколько миль, – произнес Джейк.
Они сделали крюк, чтобы подъехать к Уолли с севера, по одной из немногих дорог, ведущих к заповеднику. От мечущихся огней фар Джемму замутило, как от морской болезни.
Каким-то чудом они проделали весь путь без происшествий, однако Джемма могла поклясться, что, когда Джейк выключил мотор, автомобиль вздохнул с облегчением.
Распахнув дверцу, Джемма вылезла из машины, и ее ошеломили громогласные голоса древесных лягушек. Они звучали столь слаженно, будто давным-давно превратились в единый организм – словно это билось сердце мира.
Джемме показалось, что она чувствует слабый запах гари.
Джейк достал из рюкзака фонарик и жестом велел Джемме следовать за ним. Заповедник Уолли официально закрывался на закате, и их машина была единственной. Они двинулись по тропинке, скрывающейся в зарослях сосен и мангровых деревьев, и Джемма сразу же ощутила непривычную, губчатую почву под ногами, и у нее засосало под ложечкой. Джейк сообщил ей, что острова и болота лет через двадцать исчезнут, их поглотит океан. Джемма вообразила себе эти деревья под водой – как они тянут призрачные ветки к свету, сочащемуся сквозь толщу мутной воды. Интересно, что бы сказала Эйприл, если бы знала, что сейчас Джемма топает за почти незнакомым красавцем в сгущающуюся тьму заповедника, где на многие мили кругом – ни души?
Теперь Джемма не понимала, радоваться ей или бояться, что она никому не сообщила, куда собралась.
Они шли минут пятнадцать, хотя время, похоже, растянулось в пространстве, и влажный, душный воздух залип в легких Джеммы. С какого-то момента они вроде бы сошли с тропы, и Джемме оставалось только гадать, как Джейк ориентируется на местности. В болотах приливы поднимались плавно и беззвучно. Вода безо всякого предупреждения начинала хлюпать у них под ногами.
Внезапно Джейк замер и коснулся локтя Джеммы.
– Уже близко, – произнес он. – Будь осторожна. Повсюду есть ямы, заполняемые приливом.
– Ладно, – ответила Джемма. Ее голос прозвучал странно, словно из-под подушки. Она пожалела, что Джейк отпустил ее руку.
Еще через несколько шагов Джейк повел лучом фонарика по клочку призрачно-белой меч-травы, уходящей в сумрачный заливчик. Там, прячась под миртолистным дубом, стоял ярко-красный каяк. Джейк вечером взял его в аренду в шлюпочной мастерской и припрятал здесь. Каяк был длинным и узким, как фруктовый лед на палочке. У Джеммы сердце ушло в пятки.
– Кажется, мы вдвоем сюда не поместимся! – с отчаянием воскликнула Джемма, когда Джейк принялся вытаскивать каяк из кустов.
– Ничего подобного. Он двухместный. – Джейк повел фонариком.
И действительно, в каяке оказалось два сиденья. Правда, Джемма решила, что они больше смахивают на автокресла для маленьких детей.
«Я в него не влезу», – хотела сказать она. Но, конечно же, промолчала.
Джейк был из тех парней, у которых в подружках девушки – нулевого размера, местные фотомодели, притворно жалующиеся, как трудно найти микроскопические наряды для своего гардероба.
– А на другой лодке нельзя? – спросила Джемма. – На настоящей?
Джейк, должно быть, решил, что Джемма шутит, поскольку весело рассмеялся.
– Все, что больше, моментально застрянет. Некоторые протоки безумно узкие, и по ним даже каяк с трудом протискивается. – Джейк наклонился и столкнул каяк на воду, и тот приводнился с громким чваканьем. Джейк придержал его ногой. – Кроме того, он очень удобный.
Джейк ловко забрался в каяк – в этот плавающий фруктовый лед! – и непринужденно расположился на крошечном сиденье. А затем переместил каяк и протянул Джемме руку.
– Давай, – окликнул он Джемму. – Не бойся.
Джемма прикусила губу. Ей вдруг представилось, как она застрянет в «автокресле» и ее придется вытягивать оттуда подъемным краном. Или хуже – что сейчас она не поместится. Но она взялась за протянутую руку Джейка. Едва она ступила одной ногой в каяк, тот взбрыкнул, как необъезженная лошадь, и если бы не прибрежный ил, в котором лодка застряла, она наверняка бы перевернулась.
Джемма дернулась.
– Ничего страшного. Теперь – вторую ногу. Правильно. Спокойнее.
Удивительно, но Джемме удалось забраться в каяк, не опрокинув его. Она даже сумела втиснуться на жесткое пластиковое сиденье, чувствуя себя слоном, застрявшим в обруче. Иногда чудеса случаются.