Однако она не хотела быть безобразной для Семьдесят Второго.
В конце концов он заявил:
– Нам надо уйти с дороги и найти какое-нибудь место, чтобы поспать. – Лире показалось, что он сдерживает улыбку. – Не можем же мы лечь прямо здесь. И ты слышала, что он сказал. До утра автобусов не будет.
Они сошли на обочину и побрели по россыпи скомканных бумажных стаканчиков, пачек из-под сигарет и пустых пакетов. Вскоре они добрались до каких-то строений в окружении фонарей. Яркая неоновая вывеска гласила: «Алкоголь». Освещенный островок посреди пустоты на миг болезненно напомнил Лире ночной Хэвен, когда она, сонная, вставала, чтобы пойти в туалет, и выглядывала в окно. В такие моменты она видела сторожевые вышки и прожектора, в свете которых все делалось резким и угловатым.
У одного из домов крыша заострялась и заканчивалась крестом. Лира решила, что это, вероятно, церковь, хотя во всем прочем здание было таким же, как и остальные, – крытое кровельной плиткой, серое, отделенное узкой полосой потрескавшегося асфальта от заправки и кафе. Оба заведения оказались закрыты на ночь. Лира разобрала сделанную кем-то надпись на фанере – «Я был здесь», – и не удивилась. В таком огромном мире нетрудно заблудиться, и напоминалки не помешают.
За церковью начиналось заросшее травой поле. Оно уходило к другой дороге, где мелькали автомобили. Свет фар скользил по изгибу шоссе, как кровь по игле. Но расстояние превращало шум в непрерывное шуршание, напоминающее звук прибоя.
Когда они развернули одеяло на земле, Лира порадовалась, что они устраиваются спать неподалеку от фонарей. Пустое пространство наводило на нее тоску.
Одеяло было маленьким, и когда они улеглись на него навзничь, то выяснилось, что они невольно касаются друг друга. Лира решила, что она не уснет. Ее тело трепетало, подзуживало ее двигаться, бежать или притрагиваться к Семьдесят Второму. Но Лира обхватила себя руками и таращилась на небо до тех пор, пока не сосредоточилась на звездах. Она попыталась отыскать Кассиопею. В детстве ей нравилось воображать, будто звезды – это настоящие фонари, горящие на далеких островах, и она смотрит не вверх, а глядит через темное море. Теперь-то она знала правду, хотя звезды все еще продолжали действовать на нее успокаивающе: может, потому, что были похожи друг на дружку?
– А ты знаешь еще какие-нибудь истории?
Лира вздрогнула. Она думала, что Семьдесят Второй уже отключился. Он лежал с закрытыми глазами, положив руку себе на подбородок, и его голос звучал приглушенно.
– Ты о чем?
Семьдесят Второй убрал руку, но глаза не открыл. Лира могла свободно смотреть на него. И опять он показался ей совершенно иным, чем несколько часов назад. Он был какой-то открытый, как будто днем он нацеплял маску, а теперь весь его защитный камуфляж исчез. Лира заметила изгиб его губ, вырез ноздрей, плавные очертания скул, и ей захотелось провести по ним пальцем, изучить их.
– Ты умеешь читать. Ты рассказывала историю тогда, на болоте. Про девочку, Матильду. Значит, ты должна знать что-нибудь еще.
Лира подумала про «Маленького принца», его мягкую потрепанную обложку, иллюстрации, испачкавшиеся страницы и запах бумаги. «Маленький принц» утрачен навеки. Она стиснула свои ребра, желая, чтобы они треснули.
– Лучше этой – только одна, – прошептала она.
– Расскажи, – попросил Семьдесят Второй.
Лира удивилась.
– Что?…
Он приоткрыл глаза и повернул голову к ней.
– Расскажи, – повторил он и добавил: – Пожалуйста.
У него оказались очень длинные ресницы. А губы походили на фрукт, к которому хотелось присосаться. Внезапно Семьдесят Второй улыбнулся, и его зубы блеснули в темноте.
Она отвела взгляд. Звезды качнулись, кружа голову.
– Видишь вон ту звезду? – вопросительно произнесла Лира, указывая рукой в небо.
– Которую?
– Ту крошечную – она находится рядом с другой, которая кажется почти голубой.
Разумеется, не имело никакого значения, смотрит ли Семьдесят Второй на ту же звезду, что и она. Но мгновение спустя он откликнулся:
– Вижу.
– Она называется планета В-612, – пояснила Лира. – Хотя, вообще-то, это небольшой астероид. Оттуда на Землю прилетел Маленький принц. – Она зажмурилась и услышала отзвук голоса доктора О’Доннел, почувствовала запах лимонного мыла, увидела, как палец скользит по странице, указывая на трудные слова. – Там дом Маленького принца. На астероиде имеются три вулкана, один действующий и два спящих. Еще на астероиде растут баобабы, которые хотят захватить все. И там живет Роза. Маленький принц любит ее. – Данная часть книги всегда сбивала Лиру с толку, но она продолжала говорить, потому что понимала, как это важно.