Мы все еще стояли возле папируса, содержавшего похвалу ремеслу писца. Едва заметно тронув меня за локоть, Хасан дал понять, что я должен следовать за ним. Я не знал куда мы направляемся.
3
Мы медленно переходили из одного музейного зала в другой, минуя комнаты с каменными саркофагами, в которых покоились фараоны, гигантские статуи с изображениями богов, высоченные обелиски, испещренные непонятными рисунками и иероглифами. Пока мы двигались, доктор Хасан не прекращал говорить, но так негромко, что я с трудом мог расслышать его слова:
– Стремясь добыть секреты египетских фараонов, Апофис послал несколько человек в Тибы. Их проинструктировали о том, как должен выглядеть храм, в котором молился фараон, и снабдили подробной картой города. Очень вероятно, что они даже сбрили бороды, эти проклятые гиксосы, чтобы не привлекать к себе лишнего внимания. Шпионы вошли в контакт с молодым жрецом храма Амона-Ра. Молодой и амбициозный мальчишка легко поддался убеждениям гиксосов, что Апофис решил разрушить город дотла, если не узнает секрет Тао. Юбелло – а именно так звали юного жреца – пообещали, что в случае помощи шпионам, он спасет город от уничтожения, затем займет высокое положение при Апофисе.
Юбелло был очень напуган. Он просто дрожал от страха. Он знал как гиксосы расправились со столицей Египта – Мемфисом. И ему понравилось предложение занять высокий пост при дворе Апофиса.
– Что же произошло дальше? – подзадорил я Хасана.
– Сначала шпионы убили двух жрецов храма. С надеждой и страхом они ждали прихода Тао, затаившись на противоположных выходах из храма. После молитвы богу Амону-Ра, фараон решил выйти через южные ворота, где был встречен первым из гиксосов. Тот угрожающе потребовал открыть уникальные секреты Осириса и Гора, предупредив, что в случае отказа Тао ожидает смерть. Фараон наотрез отказался сделать это. Шпион попытался ударить повелителя египтян. Завязалась драка. Силы фараона иссякли, он бросился к западному выходу, где прятался второй гиксос. В схватке с ним Тао получил еще одну рану. В последней надежде спастись, фараон из последних сил рванулся к восточной стене храма. Последний из шпионов и нанес Секененре Тао смертельный удар камнем по голове.
Все было кончено. Мертвый царь лежал на полу храма. В слепой ярости один из шпионов еще дважды ударил фараона.
Шпионы знали, что они обречены на смерть. За ними начали бы охоту в городе. Апофис был бы в ярости при известии о том, что со смертью Тао потеряны навсегда и секреты Осириса и Хора. Они понимали, что жить им оставалось несколько часов.
– Какова была судьба Юбелло?
– Его нашли через несколько дней в долине царей Юбелло привели обратно в храм и заставили во всем признаться. Узнав подробности смерти отца, сын фараона по имени Камосе решил поднять восстание против гиксосов. Единственное, что омрачало решимость Камосе, была потеря тех знаний, которыми в полной мере обладал лишь его отец. Тао унес с собой в могилу тайны Осириса и Хора.
Камосе собрал старейшин, пытаясь сообща найти выход из положения. Один из священников-жрецов сказал, что власть Сета увеличилась с приходом гиксосов, поклоняющихся ему и своему змееподобному Апофису. Жрец сказал, что грядет новая ожесточенная битва между Хором и Сетом. Указав на Юбелло, египтянин назвал его выражением злого умысла Сета: «Мы должны победить злого бога с помощью этого предателя».
Тело Секененре Тао забальзамировали. Чтобы продлить мучения Юбелло, в качестве наказания его опустили в чан с прокисшим молоком. После продолжительного пребывания под открытым небом раскаленной пустыни, тело Юбелло стало разлагаться – протеин подвергался гниению. Муки были ужасные.
Когда подошло время церемонии превращения Секененре в Осириса, а сына фараона Камосе в бога Хора, все уже было готово. За одним исключением. В храме стояли два саркофага. Один – очень красивый, украшенный рисунками и иероглифами. Второй саркофаг был примитивным – абсолютно белый каменный сундук без каких-либо украшений.
Когда все было готово, обнаженного Юбелло подвели к бальзамировщикам. Камосе одним взмахом ножа отсек у него гениталии, а затем, орущего от дикой боли предателя стали заворачивать в специальные бинты, предназначенные для мумифицирования. Начиная с ног. Его руки привязали именно на том месте, которое причиняло пособнику гиксосов нестерпимые страдания. По замыслу жрецов, это должно было продемонстрировать агонию дьявола. Наконец, бальзамировщики, достигли грудной клетки предателя, туго сдавливая ее бинтами… Плотно обмотали, искаженное от боли лицо…