Поэтому журналисту необходимо избрать роль пассивного наблюдателя, «темной лошадки», которая поначалу тихо выполняет свои обязанности и не стремится особенно заговаривать и задавать вопросы, помимо тех, которые относятся к выполнению обязанностей. Чем меньше внимания к себе — тем лучше завязываются отношения с окружающими. Задавать свои вопросы следует только лично (особенно начальству), а не публично. Ошибка журналиста — это желание собрать информации сразу и побольше, и он входит такой бодрый в компанию коллег и кидает сразу всем один вопрос. Типа «ребята, расскажите, как вы здесь оказались». Но такие вопросы никто на самом деле не задает в первый день в коллективе. Нормальный сотрудник первый день заучивает свои обязанности и дико боится что-то упустить. Ему не до историй коллег. К тому же, ваши герои могут откровенничать только лично. Публично они все будут «рисоваться», стремясь показать себя не такими, какие они есть. Если хотите увидеть настоящее лицо вашего героя — общайтесь с ним лично. А сцена с публичным разговором о том, как все здесь оказались, в идеале должна появиться по инициативе ваших героев, а не вас. Если вы будете правильно себя вести — вы пробудите интерес к себе. Лучше всего это сделать, будучи «темной лошадкой». И неформальный лидер коллектива обязательно задаст вам этот вопрос. Беседа потечет сама. И будет живее и откровеннее. Потому что вопрос исходит не от вас, а от неформального лидера, которому доверяют.
Прежде чем задать вопрос, произнесите его в своей голове. Есть ряд формулировок, которыми, задавая вопросы, пользуются только журналисты. Опасны и вопросы, заданные раньше времени: рыба сорвется с крючка.
Все вышесказанное следует применять по обстоятельствам, бывают случаи, когда нам, наоборот, требуется сгенерировать интересную репортажную сцену и спровоцировать героев на высказывания. Именно тогда публичное задавание острого вопроса в правильной ситуации сыграет нам на руку, даже если есть опасность стать выскочкой и спровоцировать какие-то последствия. Но делаем мы это не сразу, а попозже, когда уже освоились и вжились и когда минимум информации уже собран.
Следующее правило включенного наблюдения — искренне играть свою роль. Если вы моете унитаз — мойте его так, будто от этого действительно зависит ваша зарплата. Выкладывайтесь — и приобретете уважение. Если будете строить из себя брезгливость — опять же, станете «белой вороной». Что бы вам ни пришлось выполнять делайте это с интересом и выкладывайтесь по полной. Кстати, не перегибайте палку. Ведь «нормальный» низкоквалифицированный сотрудник никогда не сделает больше, чем ему положено и чем нужно начальству. Впрочем, это менее опасно, чем брезгливое отношение. Ваше рвение действительно сделать работу качественно скорее привлечет к вам положительный интерес, чем отрицательный. Если, конечно, вы не будете строить из себя фарисея а-ля «вы тут все отлыниваете, и только я работаю». Это другая крайность.
Итак, запомните: журналиста всегда видно. Это выскочка, проявляющий инициативу. Вас заметят. Ваша задача — уменьшить невербальные сигналы выскочки, исходящие от вашего творческого мозга.
Следующая опасность включенного наблюдения — начать идентифицировать себя с группой людей, о которых пишете. Ваш репортаж потеряет критический взгляд, и вы сами не заметите, как станете пропагандистом взглядов ваших героев и в тексте. Поэтому не рекомендуется «вливаться» в те коллективы, мировоззрение которых журналисту близко. Важна мотивация, с которой вы идете на эксперимент. Эксперимент должен начинаться с попытки ответить на сложные вопросы, отражающие двойственность явления (например, почему вегетарианцы, с одной стороны, говорят всем о любви к всему сущему, с другой стороны, постоянно агрессивно высказываются о большинстве людей которые их точки зрения не придерживаются). До вашего эксперимента вы должны выявить эти противоречия и фокусироваться на них. Выходите на те мировоззренческие посылки, которые руководят вашими героями (см. раздел «конфликт “группа-группа”») и ищите логические противоречия с реальностью. Тогда вы избежите идентификации.