Другой пример. Родители выступают против излишней витаминизации питания в детских садиках, по их мнению, от этого у детей приступы аллергии. Вы звоните в лабораторию витаминов Института питания РАН. Ее руководитель говорит, что такого не может быть, что витамины не могут навредить и очень нужны здоровью детей, и он приводит нужные доводы. Поспорить не с чем. Потом вы узнаете, что этот же человек руководит предприятием, производящим витаминные премиксы, и что именно эти премиксы выиграли тендер по поставке питания в детские сады. И именно на эти премиксы жалуются мамы. Это реальный случай из моей практики. Ангажированный эксперт НАЙДЕТ доводы за свою продукцию, и с большой вероятностью они действительно будут научными и неоспоримыми. Но есть другие доводы, также научно обоснованные и неоспоримые, которые говорят о противоположной точке зрения. Об этом он вам не расскажет.
Иногда простое исследование инициалов персонажа по поисковикам Яндекса и Гугла выдает ангажированного эксперта (например, он значится как гендиректор коммерческого предприятия, замешенного в конфликте. Так было в случае с моим «витаминным» гендиректором). Но даже Интернет не может указать вам на такую вещь, как «связи». Зато симпатии видны из интонации комментатора. Но нам важно не предполагать, а правильно интерпретировать его интонацию. Прямо спрашивайте: «Почему вы защищаете технологию X?»
Учтите, что медицинской журналистики в нашей стране не существует. Все популярные журналы, посвященные здоровью, печатают заказуху. Поэтому ориентироваться на их статьи и ссылаться на них тоже нельзя. А если в них цитируется научное исследование — нужно искать источник и тщательно проверять, соответствует ли исследование тезису и так ли его интерпретировали.
Типичная уловка, к которой прибегают псевдоэксперты,— подмена тезиса. Например, вас убеждают, что стволовые клетки пуповинной крови человека могут помочь, если ребенок заболеет в будущем онкологическими заболеваниями. При этом цитируются исследования, в которых применение стволовых клеток пуповинной крови действительно успешно использовалось для лечения онкозаболеваний. На основе этого банки стволовых клеток говорят вам, что нужно сохранить пуповинную кровь вашего младенца в их банке в качестве будущей страховки. Казалось бы, все верно. Но сторонний эксперт обратит внимание, что исследования выполнялись на донорской пуповинной крови, потому что собственные стволовые клетки помочь для лечения онкозаболеваний не могут, т.е. в исследовании речь идет об одних стволовых клетках (донорских!), а банк говорит о других (собственных). Это и есть подмена тезиса. Подмену тезиса используют в своей пропаганде антипрививочники, поэтому их доводы кажутся столь логичными, но на поверку многие из них оказываются ложными. Например, вы согласны с тем, что ртуть — смертельно опасное вещество? Но ртуть, которую используют в вакцинах, и ртуть, которая вытекает из градусника,— это две разные ртути, и в количестве, и в качестве.
Как избежать казенного языка в разговоре с бюджетником. Знакомая журналистка брала интервью у логопеда о том, почему так много детей в провинции имеют нарушения речи. В тексте появилась такая цитата логопеда:
— В последнее время вслед за нарастанием социальных противоречий в нашем обществе воздействие неблагоприятных факторов усиливается.
Я спросила журналистку, что это значит. Она ответила: это значит, что рожают алкоголики. Вот такой цитаты и надо было добиваться от героя! Но прямо бюджетники говорить стесняются: им нужно делать вид, что в их среде проблем нет, а есть «неблагоприятные факторы» — так начальству приятнее.
Ученый, чиновник, учитель, врач и другие герои из бюджетной сферы, где говорят языком докладов и боятся начальства, всегда готовят к беседе с вами запас таких формулировочек. Они просят прислать ваши вопросы заранее. Сделайте это, но пришлите не конкретные вопросы, а темы беседы. К самой же беседе готовьте не теоретические, а практические вопросы, которые сразу заставят собеседника отойти от заготовленных казенных формулировок.