В камере, таких же сидельцев, как и я, полно, скучено, жарко, люди спят по очереди. Социалистический реализм во всей своей красе, это вам не те времена, когда в камере по два — четыре человека, тут набили их как сельдей в бочку, а что, временно сидят, могут и так обойтись. И почти все по торговым делам, так повелось, что кооперативы разрослись, в основном те, кто идёт по торговле, а там уж кто во что горазд, воровской всё-таки у нас народец. Ладно, раз такое дело, притулился я у стойки двух ярусной кровати и скользнул в забытьё, мне здесь ещё три дня куковать, правда потом… Потом следователю придётся давать объяснения, почему он так неласково обошёлся со мной, и обыск без подозреваемого нонсенс, не находите.
А Ухтомский вместе с Кадочниковым второй час корпел над замком, который был врезан в дверь квартиры Климова:
— Нет, не получится, — первый сдался Кадочников, — замок у него какой-то хитрый. Да и судя по всему у него запоры по всей двери раскиданы, даже если мы под это дело болгарку задействуем, не факт, что сумеем вскрыть.
— Может быть сам замок сломаем, — следователь смотрел в личинку замка.
— Замок-то не мудрено сломать, — напарник тоже нагнулся и посмотрел в личинку, — но только сдается мне, что там система тяг, которая не даст нам открыть замок через отверстие. Так что Никита, придётся тебе здесь либо его жену ждать, либо его самого сюда тащить.
В это время из соседней квартиры вышла старушка:
— Кто вы, и чего здесь делаете?
— Следователь Ухтомский, — грозно произнес Никита, и распахнул удостоверение.
— Ага, понятно, — ничуть не стушевалась старушка, — но вопрос, что вы здесь делаете, остался.
— Как что, — продолжил говорить Ухтомский, — вскрываем дверь подозреваемого.
— А почему без него? — Не унималась старая.
— А потому, что он сидит в КПЗ.
— Тогда и вам здесь делать нечего, насколько я знаю, — не унималась старушка, — а вы, ткнула она рукой Кадочникова, — вы тоже следователь.
— Нет, я его помощник, — буркну тот и попытался отойти, вроде он как здесь не при делах.
— Эй, милок, ты куда, удостоверение своё тоже покажи, — не унималась соседка, — а то Ухтомского видела, а тебя нет.
— Вот ещё, буду я всяким тут удостоверением своим тыкать. — Пробурчал Кадочников и потихоньку двинулся по лестнице вниз.
Но старушка оказалась ушлой, она вцепилась в сотрудника мертвой хваткой, и тому ничего не оставалось, как отмахнуться от неё удостоверением.
— Ага, капитан Кадочников, очень знаете ли приятно, — успела старая разглядеть на мелькнувшем документе звание и фамилию, — так зачем вы вскрываете квартиру без подозреваемого, без него самого.
Вот ведь прицепилась, с тоской подумал Ухтомский, и тут заметил, что дверь приоткрылась и от-туда выглядывает дед:
— Что случилось, Галя, — спросил он.
— Да тут, двое следователей, пытаются вскрыть квартиру нашего соседа, — заложила их старушка.
— Андрея, что ли, — нахмурился дедок, — а это точно следователи, а то расплодилось их тута столько, что ступить некуда.
— Вы тут сильно не шумите, — попытался надавить Ухтомский, — а то неровен час, сами за препятствие следствию в КПЗ загремите.
— Ух ты, — сходу взбеленился дед, — ты знаешь, где я тебя видел со своим КПЗ. Что вы здесь делаете со своими отмычками? Пошёл вон отсюда, будет ещё всякая шваль, меня здесь своим КПЗ пугать.
— Но, но… — попытался было протестовать Ухтомский, как его сходу схватили за шкирку и швырнули с лестницы на Кадочникова, который добрался до середины пролёта. Они столкнулись вместе и полетели вниз.
— Вася, ты только успокойся, — запричитала старушка, — ты же их прибьёшь, а потом отвечать придется.
Старик ещё чего-то там возмущался, как соседка запихнула его в квартиру и дальнейшие разборки раздавались уже за закрытыми дверями.
— И что бы это было? — Задал вопрос Кадочников, выбираясь из под Ухтомского.
— Сильно бдительные соседи попались, — пробурчал тот, пытаясь встать, — и старик крепкий, зараза, оказался, не иначе какой-нибудь бывший военный.
— Накатаешь заявление? — Спросил товарищ.
— Там себе дороже будет, — следователь посмотрел на площадку, — ладно, сам виноват, хотел припугнуть маленько, и сам видишь, что из этого вышло.
Тут бухнула еще одна дверь на площадке, и вниз шагнул мужчина в шляпе и при галстуке. Он с удивлением таращился на Ухтомского, который не успел отряхнуться от подъездной пыли, но в конечном итоге, ничего не сказав, спустился ниже.
— Пойдём-ка и мы отсюда, — проворчал Кадочников, — а то не ровен час, еще какой-нибудь Василий здесь нарисуется.