— Может, японцам загоним, — предложил Кошелев, — вроде бы там роботов научились делать.
— Японские роботизированные манипуляторы пока нам не подходят, — заявляю я, — слишком много степеней свободы у них, а делать на заказ, то еще удовольствие. К тому же управление ими хромает, половина на цикле основано, и кодировка другая. Хотя, переделать кодировку раз плюнуть. Может оборудование для лабораторий купить, ну там масс-спектр, например, сканирующий электронный микроскоп…
— Нам сказано тратить на производство, а не на исследование, — напомнил Иван Никитич, — думайте, а то в следующий раз нам валюта не обломится.
— Вот же, ёкарный бабай, — возмутился главный инженер, — есть валюта, а потратить некуда. — А может тогда заказать не полные манипуляторы, а запчасти к ним. Манипуляторы мы и сами сварганим, и начинку какую надо приделаем, не придётся тогда думать с электроникой.
— Это может сработать, — заявляю в задумчивости, — у японцев самое важное, это культура производства, манипуляторы они делают классные, вот электроника у них пока хромает.
— Ага, — задумался директор, — тогда что, подбираем запчасти?
— Хорошо, подберём, — тяжело вздыхаю я, ведь эта нагрузка явно падёт на меня, ни у главного инженера, ни у других замов нет той группы, которая способна это всё решить, — поедем в Японию, хотя я бы в Европу лучше бы съездил.
— А по каталогу подобрать? — Спрашивает главный инженер.
— По каталогу, пускай министерство работает, — отмахиваюсь от неудобного вопроса, — а мы все ручками пощупать хотим, а то подсунут нам то, чего не надо.
— Ладно, вопрос с командировкой в Японию решим после Нового года, — подвёл итог Кошелев, и пристально посмотрел на меня, — и это, там без фанатизма, а то знаем, как ты любишь производителей нагибать.
— Не, а чего здесь такого, — возмутился я, — ну нагнул голландцев маленько, так ведь по делу, ничего нам было неликвид под видом последнего достижения подсовывать.
— Этот неликвид потом два года без сбоев отработал, и без твоих примочек, — тут же напомнил директор.
А я что, да ничего, затребовал от фирмы установить новую систему управления на печку, уж больно она мне понравилась, кто ж знал, что эти режимы окажутся невостребованными, на тот период времени казалось, что вот оно счастье.
— А и ладно, один чёрт в туже цену уложились, — махнул рукой, — а вот если бы вдруг продувка кислородом под давлением понадобилась?
— Ай, — махнул рукой на меня Кошелев, — делай что хочешь, но все запчасти должны быть востребованы. Сам лично проверю.
— Да пожалуйста, — пришлось мне изобразить обидчивость, а то так сядут на шею, да ещё ножками помахивать станут.
— Переходим к следующему вопросу, — продолжил директор, — что будем делать с линией восьмиразрядных ЭВМ?
— А что с ними делать? — Тут же встрял главный инженер. — Раз имеют сбыт, то значит, будут продолжать работать.
— Нет, так дело не пойдёт, — возражаю я, — от восьмиразрядных нужно оставить только процессоры, на контроллеры, а производство «Эврик» мы должны прекратить. А то они уже начинают бизнесу мешать.
— А ничего, что там, на Западе, их люди к себе домой приобретают, — тут же последовало возражение.
— Пусть приобретают, нам это уже ничего не даёт, — продолжаю отстаивать свою позицию, — там компаний много, значит много производителей подобной техники, нам за ними не угнаться. А приобретают наши восьмиразрядные только по старой памяти, что эврика лучшая, не подведёт. И да, продажи начинают сокращаться, а нам поддержание цены на сегодняшний день влетает в копеечку, ведь в убыток себе продаём.