Я тоже не стал противиться прогрессу и приобрёл видюху, но, честно говоря, смотрел только советские фильмы, мне этот перевод очень даже не пошёл, не нужны мне такие фильмы, в крайнем случае подойдут дублированные. Хотя «железяка» и могла мне их дублировать, но честно сказать, такие дубляжи мне были не нужны, опоздание перевода составляло до двух секунд, можете представить себе такое удовольствие, слушать же в оригинале, мог я себе позволить и такое, тоже как-то не очень. Ну и, что касается порнофильмов, то чего греха таить, показал я один такой фильм Алёне, и она от него тоже не в восторге, и обогатиться в сексуальном плане не получилось.
— Да уж, — хмыкнула она после просмотра, — как подумаю, что актёры все это проделывают, так сразу холодом продирает.
— Почему холодом, — не понял я.
— Так им на публике раздетыми быть, а вокруг только что не в пальто ходят.
Тут мне стало понятно, на самом деле съемки велись в конце лета, это было видно по одежде массовки, когда на улице было градусов пятнадцать, а герои изображали из себя разгорячённых людей, и страсть. Пусть это было всё не по настоящему, но жарко точно не было.
— Понятно, — промурлыкал я, — а представь себе, что в скором времени, ну как в скором, лет через пятнадцать, появятся цифровые видеокамеры, которые не будут требовать много людей. Чтобы снять подобный фильм, понадобятся только режиссёр, он же оператор, и помощник. И всё.
— Так оно и сегодня не нужно столько, — пожимает плечами Алёна.
— Ну да, для того, чтобы снять на плёнку, нужны осветители, оформители, режиссёр, помощник режиссера, оператор…
— Ой, ой, ой, — прерывает она меня, — скажи еще, что они там при всём этом народе должны этим откровением заниматься.
— Так оно и есть, — киваю в ответ, — и времени на раздумья у них нет. Женщинам то ладно, они всегда готовы, а вот мужику нужно время, что бы настроиться.
Алена на это только посмеялась:
— Поверь, женщине тоже надо настроиться, иначе будет именно так, как и изображают в порнофильмах.
Но всё-таки я посмотрел один фильм, который мне понравился даже с переводом, и я его никогда не видел, это был фильм «Три мушкетёра» от 1973 года. Там более или менее правдиво отображали жизнь в те времена, хотя на любителя, сильно на любителя — слишком уж драки были непрофессиональные.
— И всё же, — заинтересовалась супруга, — я не поняла, когда ты сказал, будут цифровые видеокамеры?
— Лет через пятнадцать.
— То есть, это будет примерно в девяностом году? — Спрашивает Алёна.
— Ну да, — отвечаю ей, — а зачем тебе это всё.
— Надо будет запомнить этот момент, — отвечает она, — надеюсь, к этому времени наша сеть заработает.
Не понял, причём здесь камеры и сеть? Ну а если подумать, она решила, что наше государство разрешит использовать зарубежную сеть как нам захочется? Ха, свежо придание, нет уж, тут я буду согласен с нашими товарищами, нечего в зарубежную помойку интернета лезть, пусть будет ограничений побольше, и пусть всякие падкие на мораль товарищи кипят по этому поводу негодованием, им полезно и нам от этого будет неплохо.
Глава 9
Прожить можно — жить нельзя
Наконец-то Новый Год в семьдесят пятом году сделали выходным, сразу три дня с тридцатого декабря по первое января, правда, при этом сместили рабочий день на воскресенье, но народ не в обиде. Ещё бы ему обижаться, праздник на производстве это наше всё, никто и не работал в этот день, все восприняли его как предпраздничный день. В коллективах женщины устроили соревнование, кто сготовит лучше, а мужики хорошо так употребили беленькую. Вроде бы и ничего такого не произошло, но мне это не понравилось, начиналось застолье семидесятых, когда начали приучать людей пить коллективно, вроде «ты меня уважаешь». Вот не хотелось пить, но надо же уважить коллектив, и вместе с ним употребить… не менее трёх раз. Эх, надо ломать такое отношение к производству, а то у меня коровы ещё не доены…
— Ну вот, — радовался Иван Никитич, — в этом году мы сумели запихнуть в Европу больше полумиллиона компьютеров «Эврика 16», процессоров восьмимегабитных, правда, половину от этого количества, а уж памяти немеряно.