В мае 1975 года вдруг разразилась трагедия на Дальнем Востоке, думал это опять Беленко Миг-25 украл, но оказалось кое-что похуже, это уже капитан ВВС Фролов Михаил перекинулся в Японию на сверхсекретном Су-35. Вот так, взял и перелетел, один, ему позволяли не в паре летать, ибо званием уже вышел, да не просто в Японию, а на базу США. Наши узнали об этом только на двенадцатые сутки, после перелёта, умеют там закамуфлировать мозги, так и искали самолёт в водах японского моря, даже часть Тихоокеанского флота привлекли. Но потом вдруг один из японских журналистов выставил в публикации наш самолёт, целёхонький, на американской авиабазе в Японии и тут понеслось. Сразу запросы в МИД Японии, там естественно ничего не знали, тогда последовал запрос в МИД США, эти естественно тянули и всё пытались зацепить того японского репортёра, который выставил фотографии в прессу. Но, так или иначе, американцы вынуждены были признаться, что советский лётчик вдруг перелетел на базу в США и попросил политического убежища.
— Как это перелетел? — Удивились в ВВС. — И как это он вдруг додумался попросить политического убежища?
— А вот так, — спокойно парировали американцы, — попросил и всё тут. Если не верите, можете с ним встретиться, но только под нашим контролем.
— А ну давай его сюда, — тут же заявили наши представители, — и вас там нам совершенно не надо, запудрили мозги нашему товарищу, накормили всякой дрянью, вот и чудит капитан.
— Нет, так не пойдёт, — уперлись американские представители, — только в нашем присутствии и только под нашим наблюдением. А иначе, никаких вам свиданий.
И всё же нашим пришлось умыться, уж как они не готовили своих агентов КГБ, как ни требовали от них ликвидировать предателя, ничего не вышло. Встреча состоялась на базе ВВС США под наблюдением сторонних лиц, коими естественно были специалисты по тайным операциям от ЦРУ. Естественно нашим агентам не позволили даже приблизиться к объекту на расстояние меньше метра, и естественно те не смогли ему ничего сделать.
Но самое неприятное произошло в том, что весь самолёт разобрали на составляющие, плоть до последней гайки и полностью сняли все технологические моменты его изготовления, за исключением, разве что двигателя. Двигатели были у американцев, и форсажные ускорители тоже, но как это работает, они до сих пор не знали. Тут справедливости ради надо сказать, что и наши тоже не в зуб ногой в данном аспекте проектирования, получили уже готовые чертежи, но сам факт того, что это не тот момент, в котором у них надо было просить помощи.
А вот электроника им много дала, так получилось, что фазированные решётки, установленные на СУ-35, сразу выявили их отставание в этом вопросе, и хоть они считали, что впереди планеты всей в этом вопросе, оказалось, что это не так. Наши радары оказались примерно вдвое мощнее и вдвое чувствительнее, отсюда и дальность обнаружения, более того, наши радары могли работать на отражённом сигнале, что позволяло оставаться невидимыми на протяжения всего воздушного боя.
Более того, радар установленный в кабине пилота, отображал многое из того, что делалось вокруг совершенно иначе, он четко строил маршрут на местности, где лётчик мог видеть как горы, между которых летел самолёт, так и наземные машины, которые пробирались по дорогам. И туман ему в этом был совершенно не страшен, что, кстати, и было продемонстрировано во время посадки на аэродром противника, который был закрыт туманом.
— Ты смотри, что творят комми, — цокнул языком Стивен, который разбирался с этим делом, — такое впечатление, что им совсем не нужно выглядывать наружу, веди себе по радару и всё.
— Да уж, — поддакнул ему напарник, — но без просмотра снаружи тоже хрен чего увидишь, поверхности земли-то не видно.