Они были врагами, а сейчас… сейчас они поддерживают друг друга, заботятся друг о друге, спасают друг друга, да и к тому же они соседи по комнатам. Блондинка едва помнит то время, когда они ненавидели друг друга. Эмме легче было принять естественное развитие отношений. Конечно, её сердце практически выпрыгивало из груди, когда они впервые поцеловались, но ведь это естественно для новых отношений, особенно когда ты не можешь быть полностью уверен в чувствах другого человека.
Это не значило, что Эмме не было страшно, она была обеспокоена этой новой стадией их отношений. Конечно, у неё были сомнения и опасения, но каким-то образом желание быть с Реджиной казалось таким правильным, будто не было никакой альтернативы, кроме как окунуться в это с головой.
Факт того, что Реджина, казалось, права и факт того, что Эмма знала, что у Реджины в прошлом был неудачный опыт в отношениях, и факт того, что она также могла всё испортить, немного помогло успокоить опасения Эммы. Несколько раз Эмма пыталась завести серьёзные отношения, но она всегда оказывалась на шаг позади и всегда невежественно относилась к тому, как на самом деле должны выглядеть серьёзные отношения. Она всегда волновалась о том, что всё испортит и сделает всё только хуже. Но с Реджиной, которая ничего от неё не ожидала и всего лишь хотела, чтобы Эмма была сама собой, она чувствовала себя свободной и ни о чём не волновалась. Она была всего лишь Эммой Свон, глупенькой растяпой, хранящей груз обид и с таким огромным количеством багажа, что вряд ли всё это поместилось бы в её любимый «Жук». Да и у Реджины навалом было своего.
Вероятно, Реджина была слишком занята, беспокоясь о своих недостатках. Например, как быть сказочным персонажем или бывшей Злой Королевой, пытающейся убить маму Эммы при каждом случае. На минутку Эмма задумалась, возможно, багаж Реджины так же велик, как и её.
Эмма не была уверена, как долго она будет оптимисткой и храбрецом в новых отношениях. Она полагала, что это хорошо, когда они обе признали, что могут разрушить отношения, а это значило, что они будут ожидать друг от друга чего-то невероятного и нереального.
В чём Эмма была уверена, так это в том, что она сделает всё от неё зависящее, дабы всё получилось, потому что она могла видеть будущее, в котором она счастлива, будущее, в котором она часть настоящей семьи, и за это стоит бороться.
Глава 76
Подъехав к лавке Голда, она увидела мужчину, расхаживающего у двери с едва скрываемой яростью. Ярость, которую она вполне могла понять, потому что если бы что-то произошло с Реджиной, она вела бы себя так же.
Она быстро вышла из машины, а затем, достав костыль, подошла к Голду, дабы выяснить почему он стоял снаружи.
Голд понял, что хотела спросить у него Эмма.
— Белль не хочет меня видеть…
— Таким злым и разгневанным? — догадалась Эмма.
Голд кивнул, попытавшись сохранить спокойствие.
— Что произошло? — по-деловому спросила Эмма. Она знала, что ей стоит успокоить мужчину, а то последствия могут быть непредсказуемы.
— Я не знаю, — сказал он, — я вышел всего на полчаса, а когда вернулся, она была без сознания. Кровотечение, — он поднес руку к затылку, — кто-то… — прекратил говорить Голд. Эмма кивнула.
— Пройдём внутрь, — сказала Эмма. Она была рада, когда он кивнул, и они оба вошли в лавку.
Когда они шли через магазин в подсобку, Эмма заметила полностью разбитый высокий стеклянный шкаф и стекло повсюду.
— Что-то пропало? — поинтересовалась Эмма, указывая на шкаф.
— Я не знаю… — он рассеянно покачал головой.
— Вы не знаете? — подняла бровь Эмма.
Он раздраженно посмотрел на неё.
— У меня не было времени на инвентаризацию, Шериф, — сказал он с горечью.
Эмма кивнула.
— Я понимаю, но Голд, которого я знаю, давно бы уже жаловался на пропавшие вещи, — указала она.
— У меня есть более важные вещи, о которых мне стоит волноваться, — смущённо сказал он, подходя к подсобке.
Эмма улыбнулась про себя: даже Румпельштильцхен был настолько влюблён, что старался забыть о своей прежней жизни в пользу новой.