— Здесь? Внизу? — спросила Реджина.
— Нет. Вчера, во время ланча, — объяснила Эмма. — Я поймала Генри, когда он ехал по проезжей части на своем велосипеде. А затем я пообещала ему, что мы встретимся в «У Бабушки», и меня накрыло, — призналась она. — У меня раньше было такое, так что я просто побежала в переулок и сидела там.
Реджина почувствовала, как сжимается ее сердце.
— И ты, поэтому не приехала ко мне? Из-за панической атаки?
— Нет, — слегка покачала головой Эмма. — Я не захотела приходить из-за того, что в последнее время ты была так добра и мила ко мне. А ты знаешь, когда ты милая, Реджина, то… — улыбнулась Эмма. — Я просто знала, что это сломает меня, если кто-то будет со мной милым.
— Но я ведь не могу, на самом деле, быть единственным человеком, который с тобой мил, — Реджина отрицательно покачала головой. — Ты ведь любимица этого города!
— Но тебе ничего не надо от меня, и ты ничего от меня не ждешь. Я могу совершать ошибки, что-то портить, и это не будет иметь значения. Я не твоя стража, твой босс, твой работник, твоя дочь, да в конце концов, я не твоя крестная мама, — Эмма глубоко вдохнула. — Просто с тобой так легко.
— Ты когда-нибудь думала о том, что когда ты приедешь в город, то назовёшь свое чудовище машиной? — хихикнула Реджина.
— Нет, как все меняется, эх! — улыбнулась Эмма.
Реджина кивнула, а затем погладила Эмму по волосам.
— Я хотела увидеть тебя, поэтому попросила, чтобы ты пришла ко мне, — призналась Реджина. — Неважно, счастлива ты или грустишь, или, может, злишься, есть ли у тебя панические атаки или нет, в депрессии ты или просто плачешь. Я беспокоюсь о тебе, Эмма. Я хочу помочь тебе, и я думаю, что смогу это сделать.
— Я не хочу быть обузой, — ответила Эмма, сдерживая слезы, чтобы не заплакать.
— Ну, боюсь, что удивлю тебя сейчас, — со всей серьезностью сказала Реджина. — Я никогда не заботилась о людях ни в этом, ни в моем собственном мире. Но, по каким-то неизвестным мне причинам, я забочусь о тебе.
Эмма начала плакать, а Реджина вытирала ее слезы.
— Кроме того, — улыбнулась она, — я спасаю твою жизнь, так что ты мне должна. Поэтому ты будешь делать все, что я тебе буду говорить в течение… хорошо… всей твоей жизни!
— О, правда? — засмеялась Эмма.
— Да, так что, когда в следующий раз тебе поступит от меня звонок о каннибале, то я ожидаю, рев сирен по всему городу, — улыбнулась Реджина.
Эмма рассмеялась, а затем вздрогнула. Реджина думала о том, что может она и исправила шею блондинки, но это не значит, что Эмма уже вне опасности. Ведь она находилась полдня в холодном помещении, да и мало ли какие еще у нее есть травмы, о которых Реджина не знала. Но она считала, что лучше приступить к их лечению раньше, чем позже.
— Эмма! — начала Реджина.
— Узнаю этот тон, и он не предвещает ничего хорошего, — грустно посмотрела Эмма на брюнетку.
— Я собираюсь воспользоваться сейчас магией, для того, чтобы освободить нас отсюда, — объявила Реджина.
— Ты готова сделать это? — обеспокоенно спросила Эмма.
— Нет, — честно ответила Реджина.
— Тогда не стоит, мы можем подождать, — умоляла ее Эмма.
— Я не думаю, что мы можем, — ответила Реджина.
— Реджина, должен быть другой способ, — сказала Эмма.
— Ты становишься все холоднее и холоднее. Тебе необходимо попасть в больницу, и чем раньше, тем лучше. На восстановление моей магии и сил уйдет слишком много времени, а у нас его нет.
— И опять этот тон, — начала Эмма.
— Потому, что мы далеко от выхода, и мне надо сосредоточить всю свою магию, для поиска.
— Но? — спросила Эмма
— Но, — Реджина глубоко вздохнула, — после того, как я перемещу нас, я потеряю сознание. И мне нужно будет, чтобы ты обратилась за помощью к Голду. Он поможет исправить это.
— Что? — Эмма попыталась встать на ноги, но ее опять остановила Реджина. — А что если он не захочет помочь? А какая будет цена? А разве кто-то другой…
— Эмма, — сурово сказала Реджина, — тебе надо успокоиться!
Эмма перестала бороться с брюнеткой, и затем она продолжила:
— Он поможет тебе. Не будет никаких сделок, поверь мне! Но восстановление займет время, и мне надо убедиться, что ты сможешь присмотреть за Грейс.