Он подошел к раковине в углу гаража. Резко открыл кран. Ледяная вода хлынула потоком. Он сунул руки под струю, яростно тер их, сдирая кожу. Кровь размазывалась, смешивалась с водой, становилась розовой, но не уходила. Липкое ощущение оставалось. Запах въелся в кожу, в ноздри. Он тер и тер, пока кожа на костяшках не слетела, обнажив розовую плоть. Но кровь Дэна, физическая и метафизическая, не смывалась.
Он оперся о раковину, глядя на свои истерзанные, все еще розовые от крови руки в струе воды. Дыхание сбивалось. В глазах стояли не слезы, а ужас осознания. Точка невозврата была пройдена. Он убил, чтобы защитить. Но убийство сделало его другим. Темным. Опасно близким к той бездне, из которой он хотел вытащить Алису. Теперь он сам балансировал на краю.
Он выключил воду. Тишина гаража, нарушаемая только стуком дождя, давила. Он обернулся. Тело Дэна лежало в неестественной позе, лужа крови медленно растекалась по серому бетону. Его планшет валялся рядом, экран треснул.
Артем закрыл глаза. Первый шаг сделан. Теперь нужно было убрать тело. Скрыть следы. Жить с этим. И продолжать защищать Алису. Теперь он был связан с ней не только долгом и чувством, но и кровью. Кровью, которую он не мог смыть. Он открыл глаза. Пустота в них сменилась стальной решимостью, купленной дорогой ценой. Он подошел к телу. Работа только начиналась. У него больше не было права на сомнения. Только на действие.
Глава 23
Кабинет Глеба напоминал логово раненого зверя. Воздух был густым от дорогого табака, коньяка и невысказанного напряжения. Глеб расхаживал перед массивным столом, его шаги были резкими, нервными. На экране ноутбука застыла сводка – последняя, присланная Дэном два дня назад. После этого не было ни одного сообщения.
— Два дня!» – Глеб ударил кулаком по столу, заставив подпрыгнуть хрустальную пепельницу. – ДВА ДНЯ НИЧЕГО! Где он?!
Перед столом, стараясь не дышать, стояли двое его людей. Не головорезы, а «менеджеры» теневых операций – Саша и Мирон. Они переглянулись.
— Мы проверяли все, Глеб Викторович, – начал Саша, осторожно. – Квартиру Дэна – чисто. Ничего подозрительного. Вещи на месте. Компьютеры… чистые. Слишком чистые, будто стерли все недавние данные. Его обычные контакты – ничего. Как в воду канул.
— В воду канул? – Глеб замер, его глаза сузились до щелочек. – Мой лучший аналитик, мои глаза, мои уши – просто испарился? Не верю! Он нашел что-то. Что-то серьезное. Или… его нашли.» Его взгляд, тяжелый и подозрительный, скользнул в сторону окна, за которым виднелся город. Или в сторону дома Алисы. «Артем. Где Артем?
— С ней. Как всегда. Докладывает по графику. Ничего необычного не сообщает,» – ответил Мирон.
— Ничего необычного? – Глеб фыркнул, подойдя к бару и наливая себе коньяк. Рука дрожала, жидкость расплескалась. Он осушил стопку одним глотком. Жар растекался по груди, но не снимал ледяного сжатия внутри. — Алиса. Как она?
— По докладам Артема – восстанавливается. Работает удаленно. Выходит мало. Спокойна. Слишком спокойна.
— Слишком спокойна… – Глеб повторил, и в его голосе зазвучала опасная смесь ярости и страха.
Именно это его и бесило больше всего. Эта ледяная, мертвая спокойность, которая пришла на смену огню в ее глазах. Он избил ее, унизил, сломал физически, чтобы утвердить власть, вернуть контроль. А что получил? Пустоту. Стену. Он вломился в ее физическую оболочку, но ее дух… ее дух куда-то ушел. И это было страшнее любого крика или сопротивления. Он не мог контролировать то, чего не видел, не понимал.
— Она единственная, кто мог… – он пробормотал, не закончив, глядя на темное золото коньяка в бокале. Кто мог что? Противостоять ему? Не физически, а морально? Бросить ему вызов своим существованием, своей непокорностью, даже когда она подчинялась? Ее сила, ее стальная воля были частью его мифа о себе. Он сломал Семена, сломал отца, сломал Артема долгами. Он владел городом. Но Алиса… Алиса была его самым ценным трофеем именно потому, что она не была сломлена до конца. До недавнего времени. Теперь он чувствовал, что этот трофей ускользает в какую-то недосягаемую глубину, унося с собой часть его собственной уверенности. Эта мысль сводила с ума. И от страха потерять контроль, потерять ее как символ своей власти, он делал ей только больнее, глубже загоняя ее в ту самую пустоту, которая его так пугала.
Исчезновение Дэна было последней каплей. Дэн видел что-то. Что-то между Алисой и Артемом. Что-то, что заставило его исчезнуть. Или его убрали. Оба варианта вели к одному: заговор. Измена. Потеря контроля над самым ценным.