— Деньги. Наличные. Очень много. Он не доверяет банкам до конца. Хранит в сейфе на «дальней даче». И коды. Коды ко всем основным счетам. Я знаю алгоритм, как их получить. Он… доверяет мне в этом. Пока доверяет. — Она сделала паузу, глядя прямо на Артема. — Мы можем взять все. Исчезнуть. Навсегда.
Артем, сидевший чуть ссутулившись, его мощные руки с белесыми шрамами от недавней драки лежали на коленях, резко поднял голову. Серые глаза, обычно непроницаемые, вспыхнули тревогой и почти неверием.
— Взять? Исчезнуть? – его голос был низким, хриплым от напряжения. — Алиса, ты понимаешь, что говоришь? Он не просто найдет нас. Он сожрет заживо. У него ресурсы всей империи! Камеры на каждом углу, люди в каждом порту, аэропорту, на границе! Эти деньги – маяк. Как только он хватится…» Он ткнул пальцем в воздух. «Мы не протянем и недели. Это не побег. Это самоубийство с отсрочкой. И очень болезненное.
Разочарование, острое и ядовитое, мелькнуло в ее глазах. Она откинулась на спинку дивана, скрестив руки.
— Значит, просто ждать? Ждать, когда он снова придет и сломает меня? Или когда Дэн всплывет, и выдаст тебя с головой?
Ее слова были шипами. Она видела, как он сжался внутри при упоминании Дэна. Кровь на его руках была их общей тайной и петлей на шее.
— Нет, – прошептала она, наклоняясь вперед, ее шепот стал зловеще тихим, интимным, как в ту ночь в машине. — Есть другой путь. Навсегда. Чтобы он больше никогда не мог никому угрожать.— Она выдержала паузу, давая словам осесть. — У меня есть компромат. Не бухгалтерия, не схемы. То, за что его уничтожат его же «партнеры» наверху. То, что они никогда не простят. Доказательства его двойной игры в том деле с нефтепроводом. Фальсификации, подставленные смерти… и имена. Очень высокие имена, которые он подставил. Если передать это в нужные руки…
Артем замер. Воздух словно выкачали из комнаты. Он смотрел на нее, не узнавая. Это была не Решала, это была мстительная фурия, готовая поджечь весь мир.
— Ты предлагаешь… его убить? – слова вырвались хрипом. — Чужими руками?
— Он этого заслуживает! – ее голос сорвался, в нем впервые зазвучала неподдельная, дикая ненависть, прорывающая ледяной панцирь. — Каждый день, который он дышит – это плевок в лицо всем, кого он сломал! В меня! В тебя! — Она вскочила, начала метаться по ограниченному пространству между диваном и книжными стеллажами, как загнанный зверь. — Это не убийство, Артем! Это справедливость! И это шанс! Шанс дышать свободно!
Артем встал, перегородив ей путь. Его лицо было искажено внутренней мукой.
— Справедливость? Отдав приказ на убийство, я становлюсь… чем? Лучше его? — Он схватился за голову. — Я уже… Дэн… Боже, Алиса, я не знаю, смогу ли я жить с этим! С очередной смертью на совести! Даже его!
— А жить в страхе? Жить как вещь? – она бросила ему в лицо, ее глаза горели зеленым огнем. — Или ты забыл, что он сделал со мной в кабинете? Что он сделает снова? И снова! Пока дышит!
Ее грудь вздымалась. Она сделала глубокий вдох, пытаясь взять себя в руки, и опустила голос, но он дрожал от накала:
— Есть… третий вариант. Менее кровавый. Но рискованный.
Она подошла к нему вплотную, смотря снизу вверх в его растерянное, страдающее лицо.
— Он теряет банду, Артем. Быстро. После истории с Семеном, после того, как он сломал тебя долгами, после его выходок в последнее время… Люди боятся, но и ненавидят. Его жестокость к своим, его непредсказуемость… Он как бешеная собака, которую боятся и хотят пристрелить. Я слышала шепот. Видела взгляды.
Она назвала несколько имен – старых «бригадиров», финансистов, которых Глеб публично унижал.
— Они не любят тебя, ты – его «псих». Но они уважают твою силу. Твою честность. Глупую, солдатскую честность. — В ее голосе прозвучала горькая нежность. — Если бы ты… если бы мы… подали знак. Стали центром. Подняли бунт…
Артем отшатнулся, как от удара.
— Бунт? Ты предлагаешь мне предать не только его, но и всех, кто…
Он замолчал, осознавая абсурдность. Какой долг? Долг перед теми, кто терроризирует город? Перед системой, сломавшей его и Алису?
— Они предадут его при первой возможности! – настаивала Алиса, схватив его за руку выше локтя. Ее пальцы впились в мышцы. — Им нужен повод! Лидер! Сила, которая их объединит и защитит от него! Этой силой можешь быть ты! Мы можем перевернуть всё! Взять контроль! И тогда… тогда мы свободны. По-настоящему.
Он смотрел на ее руку на своей, чувствуя жар ее кожи сквозь рубашку. В ее глазах горела не только ярость, но и безумная надежда. План казался фантастичным. Безумным. Но… не невозможным. Он знал этих людей. Знакомых по «работе». Трусливых, жадных, но и уставших от страха перед собственным боссом. Предать Глеба? Да. Но возглавить банду? Стать тем, кого он презирал?