Он смотрел в окно машины на начинающееся унылое утро. Он находился в престижном Одинцовском районе Москвы, приближаясь к личной вилле президента в Ново-Огарёво, а низкие предрассветные облака висели над домами, словно ядовитый туман.
«Почти приехали, сэр», — сказал водитель, подъезжая к воротам президентской виллы.
Шипенко бывал там десятки раз, он был одним из немногих посетителей, которым президент всё ещё разрешал входить, но это не прибавляло ему уверенности. Ничто в этой повестке не предвещало ничего хорошего – ни время, ни то, что она была внеплановой, ни тон президента. И уж точно не то, что Осип понятия не имел, о чём идёт речь.
«Просто убедитесь, что они знают, кто я, чёрт возьми, такой», — сказал он водителю. «Не хочу, чтобы меня задержали для проверки».
Водитель медленно подъехал к первому блокпосту и передал охраннику документы, заранее подготовленные в офисе Шипенко. Охранник жестом велел им пройти ко второму блокпосту, где над воротами, словно охотничья засада, возвышалась небольшая будка охраны. Из будки вышли четверо чопорных солдат в форме элитной охраны президента и подошли к машине.
«Скажите им, чтобы поторопились», — пробормотал Осип, прежде чем поднять разделительную перегородку между собой и водителем.
Процесс проникновения в Ново-Огарёво никогда не проходил гладко. Осипу казалось, что никакое предварительное планирование и бюрократические проволочки никогда не были достаточными. Правда, недавно агент ЦРУ, не знавший меры, проник на территорию и убил Белого Медведя, одного из предшественников Осипа, «Мёртвой Руки», но даже до этого проникновение туда было невыносимо мучительным.
«Просто еще одна демонстрация силы, — подумал Осип, — еще один способ напомнить миру, кто здесь главный».
Один из охранников разговаривал с водителем, и по тому, сколько времени это заняло, Осип понял, что всё идёт не так гладко. Охранник посмотрел на Осипа через окно, а затем постучал по тонированному стеклу.
«Что такое?» — прорычал Осип, опуская окно.
«Проверка безопасности. Выходите из машины».
«Иди к черту».
«А теперь, — сказал начальник охраны, подходя сзади, — выходи из машины.
Никто не исключен».
«Ты хоть представляешь, кто я?»
Начальник охраны кивнул. Он действительно знал, кто такой Осип. С тех пор, как его повысили, все вокруг начали узнавать, кто он такой. Для Осипа это было странное чувство, учитывая десятилетия, которые он провёл, оставаясь совершенно невидимым, но не без преимуществ. Впрочем, здесь это не имело никакого значения. Не для охраны президента. «Ты знаешь, как всё устроено», — сказал охранник, отступая от двери.
«Я второй по могуществу человек в федерации», — выплюнул Осип, поморщившись, вылезая из машины.
Когда охранники впервые увидели его целиком, его искалеченное тело, покрытую струпьями и потрескавшуюся кожу, Осип заметил сомнение на их лицах. «Обыщите», — рявкнул старший охранник, и его голос с каждой секундой звучал всё менее уверенно. «И побыстрее».
Мужчины провели проверку, крайне поспешно осмотрев днище и багажник, прежде чем дать добро старшему охраннику.
«Хорошо», — сказал старший охранник водителю. «Можете ехать».
Водитель открыл дверь, и Осип вернулся на место. Через мгновение они уже проехали ворота и направились по длинной подъездной дорожке к вилле. Здание было роскошным, одним из самых больших особняков во всей России, но Осип к этому месту привык. Более того, у него, как и у большинства участников «Мёртвой руки», была собственная вилла неподалёку.
«Сэр», — сказал водитель, когда они приблизились к служебному входу в восточном крыле здания, — «они машут нам рукой, чтобы мы проехали вперед».
Это было необычно. Главный вход предназначался для официальных визитов, таких как визиты иностранных высокопоставленных лиц и глав государств. Осип точно никогда не приходил и не уходил этим путём. Он был существом, живущим в тени, или, по крайней мере, был. Он не привык к свету рампы. Человек с менее пессимистичным взглядом мог бы воспринять это как позитивный сигнал, признак роста престижа, но Осип знал лучше. «Зачем они нас сюда ведут?» — пробормотал он.
Фасад здания имел изысканный вход в неоклассическом стиле с рядами симметричных палладианских окон и колонн. К двери вели величественные тридцать шесть мраморных ступеней в три пролёта, и Осип уже подумывал, не придётся ли ему подниматься по ним в одиночку, – эта мысль его не радовала.
Обогнув угол дворца, он увидел отряд солдат, стоявших по стойке смирно с винтовками на плечах у подножия ступеней.
Их было около пятидесяти, и они были одеты в старую парадную форму цвета хаки и темно-синего цвета, которая, как он был уверен, предназначалась для церемоний.