Он знал, где находится конверт, более того, он видел его со своего места. Чудо, что охрана его не заметила. Он взглянул вверх, на спутники, которые, как он знал, следили за территорией, затем через плечо на освещённый прожекторами дом.
«К чёрту всё», — пробормотал он, отбрасывая сигару. Он подошёл к растениям, схватил конверт с земли, сунул его в карман халата и пошёл обратно к дому.
Он вошёл на кухню и плотно закрыл за собой дверь патио. Ранее он поставил на проигрыватель пластинку Кэта Стивенса, но музыка стихла, и он слышал треск иглы о восковую пластинку. Он прошёл в гостиную, перевернул пластинку и налил себе скотч. Вздохнув, он оглядел комнату. Охранники почти ничего не трогали во время обыска, но он видел, что они здесь были. На белом мраморном полу в коридоре виднелись царапины, а кто-то перевернул уголок персидского ковра восьмого века перед камином. Он подошёл и поправил его.
Его нога. Там горел огонь, и он постоял рядом с ним, глядя на пламя, прежде чем взять свой скотч и подойти к дивану.
«Ладно, Осип», – пробормотал он, садясь. Затем, сделав большой глоток скотча, он оторвал верхнюю часть конверта и высыпал содержимое себе на колени. То, что он обнаружил, оказалось коллекцией документов и фотографий – не оригиналов, а наспех сделанных копий. Фотографии были на обычной бумаге для принтера, чернила тёмные и кляксистые. Первая представляла собой уменьшенную версию карты русской армии. Рот немного знал русский и едва мог разобрать названия мест и координатную сетку. Это была версия масштаба 1:5000, достаточно подробная, чтобы показать очертания отдельных зданий и топографические особенности, и, похоже, изображала крупный промышленный объект с доступом к причалу для барж, а также железнодорожным сообщением. В пустом белом поле в углу кто-то от руки написал: «Таганрогский металлургический завод».
Рот прочитал название вслух. Он знал это место, это был один из буквально сотен промышленных объектов по всей России, связанных с военными. Насколько ему было известно, в последнее время он не был связан ни с чем особо интересным.
Он заметил, что кто-то обвёл некоторые здания на карте кругами, и пролистал следующие несколько документов. Это были зернистые чёрно-белые фотографии. На этикетках были от руки написаны координаты, и он понял, что это подробные снимки завода.
На фотографиях были видны дороги, залитые слякотью и талой водой, увядающие растения и деревья, огромные дымовые трубы, извергающие в воздух клубы дыма. Также было видно, что безопасность на заводе была значительно усилена. У въездов стояли доты, сторожевые вышки охраняли сетчатые заборы с колючей проволокой, а между рядами заборов вооружённые солдаты патрулировали кустарник пешком в сопровождении собак.
Он продолжал листать документы. Там была карта региона, на которой были обозначены Таганрог и Ростов-на-Дону. По оценке Рота, завод находился примерно в двадцати милях к западу от города, вдоль побережья.
Среди чистых листов бумаги он нашёл коллекцию фотографий, напечатанных на настоящей фотобумаге. Они были чётче, и на первой он увидел вид с высоты птичьего полёта на длинный грузовой поезд, тянущий, судя по всему, не менее сорока или пятидесяти платформ. Между платформами находились огромные защитные переборки. Казалось, что поезд перевозил…
Военная техника. Следующий кадр был ближе, и он увидел, что поезд перевозил военные грузовики. Он также увидел, что поезд въезжает на объект в Таганроге. Странное место для перевозки техники, подумал он, хотя и не был достаточно хорошо знаком с перемещениями российской техники в регионе, чтобы сделать точный вывод. На следующих нескольких фотографиях было ещё больше того же: вагоны поезда с разных ракурсов, увеличенные кадры грузовиков, которые они везли, и подробные снимки товарной станции в Таганроге.
Затем появилась ещё одна стопка копий документов, и, расшифровав текст, Рот понял, что это спецификации на баллистическую ракету малой дальности «Искандер». Ошибиться было невозможно. На ней было написано совершенно ясно — 9К720 «Искандер». Рот был более чем знаком с этой системой, важным элементом мобильных средств доставки ракет России.
По классификации НАТО он имел обозначение SS-26 Stone.