Холодный ветер пронзил её насквозь, но настоящий холод исходил изнутри, разливаясь по венам с каждой секундой.
Уилл молча потащил её через двор.
Их шаги отдавались гулким эхом в тишине сада, словно каждый удар ботинка был очередным напоминанием о том, как мало теперь значили её протесты.
Рука ныла, но Элисон упрямо шла рядом, не желая показывать боль.
Когда они пересекли порог дома, её терпение лопнуло.
— Ты грубиян! — сорвалось с её губ.
Её голос был резким, звенящим в пустоте высоких потолков.
— Тебя никогда не учили уважать старших? — добавила она, бросив на него полный презрения взгляд. — Этот человек старше тебя вдвое, а ты с ним как с собакой!
Уилл не остановился. Его лицо оставалось каменным, холодным.
Он тянул её вперёд, словно не слышал её слов.
— И вообще, отпусти меня! — с гневом выплюнула она, дёрнувшись.
Рывок был неожиданным, и ей удалось вырваться.
Элисон отступила на шаг, отряхнула локоть, как будто хотела стереть с себя его прикосновение.
Уилл медленно повернулся к ней, его глаза были тёмными и опасными.
— С персоналом здесь не разговаривают, — произнёс он тихо, но в голосе звучала сталь. — И я не собираюсь повторять дважды. Нарушишь — будут последствия.
— Последствия? — переспросила Элисон с насмешкой, её брови поднялись. — Ух ты, как грозно. Что дальше? Будешь бросать мне команды? Лежать? Сидеть?
Её язвительность пронзила пространство между ними, словно тонкий нож.
Уилл склонил голову чуть набок, и на его лице появилось странное выражение — смесь раздражения и... странного удовольствия.
— Ты бы попробовала, — сказал он, усмехнувшись. — Посмотрим, кто из нас первым сдастся.
Его голос был мягким, почти ленивым, но за этой внешней расслабленностью чувствовалась угроза, затаённая сила, готовая вспыхнуть в любую секунду.
Элисон подняла подбородок, стиснув зубы.
— Ты меня недооцениваешь, — бросила она.
— Нет, — его голос стал тише, почти шёпотом. — Я тебя читаю как открытую книгу. Упрямая. Гордая. Слишком гордая, чтобы вовремя попросить о помощи.
— Лучше быть гордой, чем марионеткой, — холодно ответила Элисон.
— Увидим, — коротко бросил Уилл. Его глаза сверкнули. — А теперь пошли.
— Сама найду свою комнату, — парировала она, разворачиваясь на каблуках и направляясь к лестнице, высоко подняв голову.
Уилл не удерживал её.
Он лишь облокотился на перила, скрестив руки на груди, и с ленивым, почти лениво-злым интересом наблюдал, как она поднимается вверх.
Элисон шагала по мраморной лестнице, стараясь не показать, как дрожат её пальцы.
Её каблуки чётко отстукивали по ступеням, звук отдавался гулким эхом в пустоте холла.
Дом казался безразмерным.
Бесконечные высокие потолки, старинные люстры, тени, тянущиеся от статуй вдоль стен.
Каждая дверь выглядела массивной, тяжёлой, словно за ней скрывались целые миры.
Остановившись перед одной из них, Элисон оглянулась через плечо.
— И где моя комната? — спросила она сухо, с вызовом в голосе.
Уилл лениво склонил голову, не двигаясь с места.
— Сама ищи, — усмехнулся он. — Считай это твоим первым испытанием.
Их взгляды встретились через пространство лестничного пролёта — напряжённые, настороженные.
Она не опустила глаз. Она развернулась обратно и пошла дальше, вдоль коридора, чувствуя на себе его взгляд, тяжелый, властный, словно невидимая нить тянулась от него к ней.
Элисон прищурилась, полная решимости не дать Уиллу ни малейшего повода считать себя побеждённой.
Открыв первую попавшуюся дверь, она с интересом оглядела просторную гостиную.
Высокие окна скрывались за тяжёлыми бархатными шторами, а мягкий свет настольных ламп наполнял комнату уютным золотистым сиянием.
— Приятно, конечно, — пробормотала она себе под нос, — но вряд ли кровать прячется за шторой.
Она с лёгким щелчком закрыла дверь и направилась к следующей.
Вторая комната оказалась строгим кабинетом — тёмные деревянные полки, уставленные кожаными томами, массивный письменный стол, пахнущий старой полировкой и временем.
Элисон, усмехнувшись, провела пальцами по гладкой поверхности.
— Уилл, это твоя личная комната для размышлений о собственном величии? — бросила она через плечо.
— Очень остроумно, — лениво отозвался он, не двигаясь с места.
Её поиски продолжались: музыкальная комната с роялем в центре, безукоризненно оформленная гостевая спальня в нейтральных тонах... Всё это было невероятно красивым, но чужим, как картинка из журнала.
— Ну так что? — обернулась она с явным раздражением. — Я должна обойти весь особняк, прежде чем ты соизволишь подсказать?