— Мисс Элисон, — раздался за спиной голос. Пальцы легко коснулись её плеча, и она едва не вздрогнула. Это была Лора, молодая служанка с ясными, тревожными глазами, выглядела растерянной. Она едва заметно нахмурилась, но голос её был всё таким же мягким, будто она не просто прислуга, а человек, искренне сочувствующий.
Элисон обернулась. Лицо Лоры было слегка напряжённым, губы прикусаны. Она тоже слышала. Слышала всё.
— Простите… — произнесла Лора осторожно. — Я… просто хотела уточнить, будете ли вы ужинать дома.
Элисон смотрела на неё несколько секунд, молча. Внутри всё клокотало. Но лицо оставалось холодным, почти пустым.
— Нет, — коротко ответила она. — Я ухожу. Погулять.
Лора слегка кивнула, сжимая губы.
— И… пожалуйста, не говори ему, что я ушла. — Голос Элисон звучал спокойно, но в нём чувствовался скрытый приказ.
— Конечно, — так же тихо ответила Лора. — Я… мне жаль, мисс.
— Не нужно. — Элисон отвела взгляд. — Всё в порядке.
Она отвернулась и пошла дальше. За спиной снова послышались стоны. Тепло дома, уют мраморных лестниц, щедрость интерьера — всё это теперь казалось ей фальшивым и отталкивающим.
Она не принадлежала этому месту. И никогда не хотела.
Холодный воздух ударил в лицо, как пощёчина. Элисон шагнула за порог, плотно притворив за собой дверь. Массивный фасад особняка остался позади — холодный, равнодушный, мраморно-белый, будто стерильная тюрьма в позолоте. Её подошвы отозвались эхом по каменным ступеням. В кармане куртки звякнул телефон.
Впереди, за коваными воротами, в свете уличных фонарей ждал чёрный седан. Такси. Её выход.
Но стоило ей пройти половину дорожки, как навстречу вышли двое охранников в чёрной форме. Один остановился прямо перед ней, второй занял позицию сбоку, словно сомневаясь, действительно ли должен её пропустить.
— Мисс Элисон, — голос был ровный, но за ним чувствовалось напряжение. — У нас нет распоряжения вас выпускать.
Элисон остановилась, скрестила руки на груди и на миг закрыла глаза. Её дыхание было ровным, лицо — спокойным, но в глазах мерцал ледяной гнев.
— Уилл в курсе. Я просто хочу подышать. Это займёт немного времени, — ответила она, чётко выговаривая каждое слово.
— Мы можем уточнить, — уже потянулся к рации второй охранник.
— Нет, — коротко отрезала она. — Он не любит, когда его отвлекают. Особенно по пустякам. И если узнает, что вы посмели задержать меня, поверьте — раздражение выпадет не на меня.
Она сделала шаг вперёд, её глаза не дрогнули. Охранник замер, потом медленно отступил.
— Можете идти, — тихо проговорил он.
Она кивнула и пошла дальше, не оборачиваясь. Каждое её движение было подчёркнуто сдержанным достоинством.
Когда она подошла к воротам, водитель такси уже открыл дверцу. Свет фар выхватил её фигуру из темноты — девушка в кожанке, с распущенными волосами, лицо напряжённое, как у человека, который слишком долго молчал, чтобы теперь кричать.
Элисон села в салон и закрыла за собой дверь. Ни взгляда назад. Ни сожаления.
Только мысль: хотя бы сейчас я дышу по-настоящему.
Такси отъехало, оставив за собой тихое урчание двигателя и облачко выхлопа, а Элисон осталась стоять у входа в уютное кафе. Её взгляд сразу упал на знакомую чёрную иномарку — стояла чуть в стороне, скромно, будто не хотела привлекать внимания. Она сразу почувствовала, как всё внутри сжалось и тут же оттаяло.
Когда дверь машины открылась, и из неё вышел Лукас, всё, что сдерживало её с утра, — отпустило.
Он был тем же, и в то же время другим. Более взрослый, собранный, в пальто с высоким воротом, с лёгкой небритостью и взглядом, в котором не было ни вопроса, ни упрёка. Только тёплое узнавание.
— Я надеялся, что ты приедешь, — тихо сказал он, подходя ближе.
Элисон ничего не ответила — просто шагнула вперёд и обняла его. Она уткнулась лбом ему в грудь, почувствовала, как он сжал её в объятиях — крепко, надёжно. Так, как будто именно сюда она и должна была вернуться.
— Ты выглядишь просто замечательно, — сказал Лукас, его голос был мягким, а пальцы скользнули по её волосам с такой нежностью, что Элисон невольно закрыла глаза, наслаждаясь этим простым жестом.
Она отстранилась от него, осматривая свою одежду. Она была в мягких джинсах с высокой талией, которые подчеркивали её фигуру, серой длинной толстовке, и белых кедах, которые казались идеальными для вечерних прогулок. Простая, но уютная одежда придавала ей уверенности, она чувствовала себя легкой и неограниченной.
— Ну, да, в джинсах и толстовке, — ответила она с улыбкой, слегка пожав плечами. — Разве я могу выглядеть по-другому?