— Она красотка, — с улыбкой сказал Дэвид, похлопав Уилла по плечу. — Повезло тебе.
— Я в курсе, — отозвался Уилл, лениво и как-то слишком уверенно, словно знал, как действует на неё его голос. Элисон почувствовала, как внутри всё переворачивается. Она хотела бросить в него острое слово, взгляд, реакцию — но сдержалась.
Она выпрямилась, чуть приподняла подбородок и, глядя прямо на Дэвида, с лёгкой игрой в голосе сказала:
— Ну что вы, это мне с ним повезло. Такой пример для подражания. Мечта каждой девушки: властный, упрямый, немного опасный. Разве не прелесть?
Её слова звучали сладко, с тем оттенком иронии, который мог ускользнуть от случайного уха, но не от Уилла. Он услышал. И, к своему удивлению, уловил в этом не только вызов. А тонкую, почти дерзкую игру. И на какую-то долю секунды ему действительно захотелось, чтобы всё это было правдой. Чтобы она сказала это не из злости. Не назло. А потому что чувствует. Хоть что-то.
Но иллюзия рассыпалась в тот момент, когда Элисон перевела взгляд на него. Он был холоден, собран, почти безмятежен — как ледяная скала. А она… Она была молнией, которая в эту скалу бьёт — снова и снова.
— Мы с твоим мужем собираемся устроить мальчишник, — продолжил Дэвид, явно не замечая подводных течений. — Без девушек, разумеется. Разрешаешь?
Элисон улыбнулась, почти светло.
— Я не в том положении, чтобы запрещать. Уилл всё равно делает только то, что сам решает.
Она произнесла это спокойно. Без ярости. Но Уилл уловил укол. Простой. Точный. И в глубине себя он почувствовал, как в нём снова закипает раздражение. Не потому, что она не слушается — а потому, что в этом её спокойствии он чувствовал независимость, которую не мог выжечь даже кольцом на её пальце.
Элизабет, стоявшая рядом, не смогла удержаться — в её глазах вспыхнула искорка дерзости.
— А я ревнивая, — заметила она, бросив острый взгляд на мужа. — Если узнаю, что там будут девушки, можешь даже не пытаться возвращаться домой.
Дэвид лишь фыркнул, привычно склонив голову, словно сдаваясь в этой вечной игре супругов.
— Даже если и будут, я притворюсь, что слепой, — парировал он с улыбкой, легко приобнимая Элизабет за талию.
— Поверю тебе на слово, — пробормотала она.
Элисон, всё ещё стоящая рядом, сделала вид, что не замечает напряжения. Но Уилл, как всегда, не пропустил момента, чтобы забрать внимание себе. Он подошёл к ней чуть ближе, его пальцы едва коснулись её локтя — мимолётно, но достаточно, чтобы по телу прошёл электрический ток.
— Обещаю, — сказал он негромко, но с такой уверенностью, что это прозвучало как клятва. — Даже если там и будут девушки… я не посмотрю ни на одну из них.
Элисон чуть нахмурилась, не сразу поняв, к чему он клонит. То ли это был тонкий намёк, то ли просто игра на публику. Но раз уж игра началась, она решила сыграть роль до конца.
— Вот это преданность, — ответила она с натянутой улыбкой, поднимая бокал сока. — Трогательно почти до слёз.
— Не почти, — прошептал он, а затем, не дожидаясь её реакции, наклонился и поцеловал её.
Это не был лёгкий поцелуй. Его губы уверенно сомкнулись с её, властно и намеренно. Он держал её за талию, крепко, не давая отстраниться. И на мгновение всё исчезло — шум, музыка, голоса вокруг. Только его дыхание, напор, тепло… И то, как её колени предательски дрогнули.
Она даже не заметила, как сжала его рубашку пальцами, словно ища в нём опору. И, отпустив её, он знал это.
В его взгляде скользнула мимолётная усмешка.
А Элисон так и осталась стоять, ошеломлённая, с чуть раскрасневшимися щеками. Проклиная себя за то, что хоть на секунду позволила себе почувствовать нечто похожее на… волнение.
— Тебя отвезут домой, — ровным голосом произнёс он, не глядя на неё, будто просто озвучивал распоряжение. — Я приеду позже.
Она медленно повернула голову в его сторону, и в её взгляде читалось откровенное равнодушие. Ни ожидания, ни беспокойства. Только холод.
— И что? — бросила она тихо, почти отстранённо.
Уголок его губ чуть дёрнулся. Он наклонился ближе, чтобы никто не услышал, и прошептал прямо ей на ухо, сдержанно, но с хищной нотой во власти:
— А то, что у нас впереди брачная ночь. И я не собираюсь её отменять.
Элисон вздохнула, не изменив выражения лица.
— Делай, что хочешь. Ты ведь всегда так и делаешь.
Он замер на долю секунды, в его глазах промелькнула тень раздражения, но он сдержался.
— Подожди меня в спальне, — сказал он так же спокойно, словно говорил о погоде. — Не вздумай закрываться.
С этими словами он выпрямился и, не дожидаясь ответа, кивнул одному из охранников:
— Отвезите миссис Хадсон домой.