— Всё произошло быстро, — глухо ответил Уилл, не поднимая глаза от пола. — Это… личное.
— Личное? — усмехнулся отец. — У тебя никогда не было ничего личного. С тех пор как ты стал частью этой семьи, всё, что ты делаешь, отражается на нас. Ты хоть понимаешь, какую шумиху ты устроил?
Уилл провёл рукой по затылку, чувствуя, как растёт раздражение.
— Я не собираюсь оправдываться. Это мой выбор.
— Нет, это провал, Уилл. — Голос отца стал холоднее. — Ты женился на неизвестно ком. Без предупреждения. Без участия семьи. Без гарантий. Ты вообще осознаёшь последствия?
— Мы не будем обсуждать это сейчас, — резко оборвал Уилл. — Я перезвоню позже.
— Если ты думаешь, что можно просто отключиться, когда тебе неудобно — ты ошибаешься, — отчеканил отец. — Я прилечу как можно скорее.
Уилл замер.
— Делай как хочешь, — процедил он и сбросил звонок.
Телефон он бросил обратно на тумбочку, но тот соскользнул и упал на ковёр. Уилл остался стоять в тишине, с каплями воды на шее, с упрямой болью в груди и всё тем же вопросом в голове:
Где Элисон? И простит ли она его за то, чего он сам до конца не помнит.
Уилл спускался по лестнице с видом человека, которому весь мир должен объяснения. В одной руке — планшет, другой он сжимал перила, будто готов был вырвать их вместе с корнем. Заголовки на экране мелькали, как клинки: «Наследник империи женился втайне», «Кто она? Лицо невесты Уилла Хадсона остаётся загадкой», «Скандал или любовь?»
Каждое слово впивалось в виски. Он ненавидел терять контроль. А сейчас всё вокруг напоминало ему, что он именно это и сделал.
Он свернул за угол и вошёл на кухню — просторную, светлую, пахнущую свежесваренным кофе. Первое, что он увидел, — это она.
Элисон сидела у окна, в мягком утреннем свете. Светлые волосы были собраны в небрежный пучок, отдельные пряди выбивались и спадали на шею. На ней была простая белая футболка и тонкие брюки, словно она не старалась выглядеть эффектно — и именно поэтому он не мог отвести взгляд. Её лицо было спокойным, сосредоточенным: она скользила пальцем по экрану телефона, будто в этом был спасательный круг.
Но как только она уловила его присутствие — её тело напряглось. Глаза встретились на короткое, обжигающее мгновение. Потом она резко опустила взгляд и медленно отложила телефон, как будто собиралась встать.
— Доброе утро, мистер Уилл! — одновременно раздались весёлые голоса двух девушек-служанок, накрывающих стол. Их улыбки были слишком живыми, слишком показными для этой комнаты, где воздух натянут, как струна.
Уилл кивнул коротко, не сказав ни слова. Его глаза всё ещё были прикованы к Элисон.
Она встала. Резко, словно её обожгло. Руки сжались в кулаки. Она хотела уйти — это было видно. Её тело кричало о желании исчезнуть из этой комнаты.
Он сделал шаг вперёд. Она — полшага назад.
— Садись, — произнёс он тихо, но твёрдо.
Элисон задержала дыхание, но подчинилась. Медленно, как будто каждая мышца боролась с решением остаться.
Он подошёл к столу, не отводя от неё взгляда, и без предупреждения взял её чашку кофе. Поднёс ко рту и выпил всё до дна. Ни извинения, ни благодарности. Только молчание и взгляд. Властный. Давящий.
Элисон сжала губы. Она не сказала ни слова, но в её взгляде было всё: отвращение, раздражение и… боль. Та, что приходит после бессонной ночи, после чужих пальцев на коже, после страха — не за тело, а за себя саму.
Она медленно встала вновь, отодвигая стул со сдержанной грацией, и, не глядя на него, сказала спокойно:
— Я уже закончила. Приятного аппетита.
И вышла из кухни, не обернувшись.
Уилл остался стоять с пустой чашкой в руке, чувствуя, как тишина после её ухода становится громче всех слов, которые они так и не сказали друг другу.
Она шла быстро, почти не касаясь пола, будто убегала не по коридору, а от чего-то внутри себя. Её шаги звучали ровно, сдержанно, но спина выдавала — напряжённая, будто ожидала удара в любой момент. Элисон чувствовала его взгляд.
— Элисон, — голос Уилла раздался позади, низкий, хриплый.
Она не остановилась.
Он не звал снова — просто пошёл за ней. Несколько шагов. И в следующее мгновение её спина ударилась о холодную стену коридора. Не больно — резко. Рука Уилла легла у её головы, другая — на её талию, не позволяя сдвинуться.
Он стоял слишком близко.
Глаза темнели, дыхание его было чуть сбито. Влажные волосы падали на лоб, белая футболка натянулась на плечах. От него пахло свежестью душа, но в его взгляде всё ещё горела ночь.
— Что ты делаешь? — спросила она, голос прозвучал хрипло, но не дрожал.
— Ты избегаешь меня, — произнёс он тихо, но в голосе чувствовалась сталь.