***
Когда Элисон вошла в университет, её шаг стал чуть быстрее, почти стремительным. Она уверенно миновала главный холл, избегая встречаться взглядом с прохожими. Всё внутри было сжато от тревожного беспокойства. Тело ныло, словно она провела не ночь, а марафон, и теперь каждая клеточка кожи напоминала о недавней близости. Пальто плотно облегало её фигуру, скрывая следы страсти, но мысли продолжали возвращать её в тот утренний момент — в тот чёртов чёрный автомобиль.
Она нырнула в ближайшую женскую уборную, как в спасительный оазис, где можно было на секунду остаться наедине с собой. Прикрыв за собой дверь, она прошла к зеркалу и остановилась. Несколько глубоких вдохов — и вот она смотрела на своё отражение с почти холодной трезвостью. Взгляд напряжённый, кожа чуть розовая на щеках, волосы аккуратно уложены… и всё же в ней было что-то неуловимо чужое.
Она чуть пригладила волосы и только собралась уйти, как за её спиной открылась дверь, впуская в помещение троих девушек, чьи каблуки весело застучали по плитке.
— Господи, ты уже видела эту новость? — первой заговорила рыжеволосая девушка, доставая из сумки телефон. — Уилл Хадсон. Женат.
Элисон застыла. Внутри что-то оборвалось, но снаружи — ни единого движения.
— Что?! — воскликнула вторая, в темно-синем свитере. — Не может быть. Кто вообще отказался бы рассказать об этом? Или... он что, тайно женился?
— Вот именно. Его жена — тайна. Никто её не видел. Пресса молчит. — третья с подчеркнутым недовольством закатила глаза. — А я ещё вчера в комментариях писала, что его сердце точно свободно.
— А теперь знай — занят, — усмехнулась рыжая. — И, судя по всему, по-настоящему. Он носит кольцо. Его даже в аэропорту видели сегодня. С кольцом на пальце.
— Невероятно... — тихо произнесла вторая девушка. — Я до сих пор надеялась, что он просто встречается с кем-то из моделей. А тут вдруг — жена. Настоящая. Как гром среди ясного неба.
Они продолжали обсуждать это с нарастающим разочарованием — кто-то сокрушался, кто-то уже листал ленту в поисках фото, но Элисон больше не слушала. Слишком много эмоций сгустилось у неё внутри. Слишком быстро, слишком громко. Она просто развернулась, медленно и бесшумно, и вышла из уборной, будто её там и не было.
В этот момент никто не знал — главная новость дня стояла прямо рядом с ними.
Когда Элисон вышла из уборной, сжимая в пальцах ремешок сумки, её лицо было спокойным, почти бесстрастным — как маска, за которой прятался ураган. Она сделала шаг в сторону аудитории, но тут чей-то голос, знакомый и звонкий, остановил её:
— Элисон?!
Она обернулась и на мгновение застыла. К ней спешила стройная девушка с живыми карими глазами и пучком тёмных волос — Сабрина. Та буквально замерла в паре шагов, не скрывая удивления.
— Ты как будто из параллельной реальности выпала! — воскликнула она. — Я уж думала, ты вообще исчезла. Ты в порядке?
Элисон слегка кивнула, собираясь с силами, чтобы не выдать напряжения.
— Да. Немного приболела, и... дела.
— Ты выглядишь… иначе. Серьёзно. Не в плохом смысле — просто как будто всё вокруг тебя стало другим, — Сабрина всматривалась в лицо подруги, не скрывая искреннего интереса. — Ну, ты потом расскажешь. Надеюсь. Я скучала.
Она шагнула вперёд и обняла Элисон так тепло, словно обнимала человека, которого давно боялась потерять. Элисон на секунду замерла, потом машинально ответила на объятие.
— Пока тебя не было, тут такое творилось, — сказала Сабрина, когда они направились по коридору. — Думаю, одного дня не хватит, чтобы всё обсудить. Кстати, ты слышала новость про Уилла Хадсона?
Имя Уилла прозвучало слишком резко. Элисон будто споткнулась о него внутренне. Она сглотнула.
— Что с ним?
Сабрина понизила голос, как будто произносила государственную тайну:
— Он женился.
— Женился? — Элисон попыталась сохранить нейтральное выражение, хотя сердце вновь сбилось с ритма.
— Угу. Причём никто не знает на ком! Всё держится в секрете. Пресса бесится, репортёры роются во всём подряд, но ни имени, ни фото. Некоторые думают, что это актриса или какая-нибудь наследница... но ходят слухи, что она вообще не публичная. И никто её не видел.
— Почему все вообще о нём говорят? — Элисон выдала это слишком резко, но тут же выпрямилась, будто вопрос был чисто риторическим.
Сабрина фыркнула:
— Потому что он — один из самых завидных холостяков в мире. Ты что, не знала? Его лицо — на обложках всех глянцевых журналов. Умный, молодой, богатый, скандальный — идеальный материал для сплетен. И он красив, давай честно. Просто слишком красив для спокойной жизни.