Она посмотрела на него, прищурившись.
— Вроде бы я и не собиралась шутить.
Он улыбнулся, дерзко.
— Это слышно. Но если ты думаешь, что справишься с тем, что сейчас держишь, — он медленно сжал простыню под собой, — то, клянусь, я уже наполовину твой.
Её пальцы скользнули под резинку, и в этот момент время действительно замерло. Его кожа обжигала. Она медленно освободила его — и увидев его таким, напряжённым, тяжёлым в ладони, она вдруг поняла: она хочет. По-настоящему. Без страха. Без внешнего принуждения. Это её собственное желание.
Она наклонилась ближе, её грудь мягко касалась его живота, создавая приятное трение. Её дыхание касалось его кожи, жаркое, неровное. Он чувствовал, как от одного её взгляда внутри всё сжимается.
— Ты уверена, что хочешь это сделать? — его голос стал чуть мягче, но хрип остался. — Потому что если начнёшь — я не дам тебе уйти просто так. Я кончу. Возможно — быстро. Возможно — не один раз.
Элисон улыбнулась уголками губ. Её голос был тише, но в нём зазвучала дерзость:
— А я и не собиралась уходить.
Он застонал, глухо, как зверь, и откинулся на спину.
— Ты погубишь меня, детка. Я серьёзно. Я, мать твою, не готов к тому, чтобы ты ещё и сосала так, как ты сейчас на меня смотришь.
— Может, хватит болтать? — прошептала она, обводя языком по своей нижней губе, а затем провела ладонью по всей его длине.
— Возьми его, детка… и возьми в ротик, — голос Уилла прозвучал хрипло, почти шёпотом, с ноткой насмешки, но в глазах отражалась совсем не игра. Он сам не ожидал, что произнёт эти слова вслух, но его возбуждение было настолько сильным, что всё остальное отступило на второй план.
Он не думал, что она послушается. Он знал её упрямство, её характер. Но когда она опустила взгляд… и не отвернулась — сердце у него забилось сильнее.
Элисон на мгновение замерла. Это был её первый раз. Но не спонтанный — она думала об этом. Читала. Смотрела. Представляла. Никогда не делала… потому что ни с кем не хотелось. Её бывший не вызывал в ней желания отдаться полностью, служить его телу губами, языком, горлом.
А вот Уилл — вызывал. До дрожи. До сухости в горле.
Она медленно обхватила его член пальцами, оголяя головку. Он был большой, плотный, пульсирующий в её руке. Она провела языком по губам и, сделав глубокий вдох, наклонилась.
— Боже, — выдохнул он, сжав простыню под собой. — Детка, ты даже не представляешь, как ты сейчас выглядишь.
Её губы коснулись его головки — сначала осторожно, легко, как поцелуй. Затем она провела языком кругами, вспоминая каждое описание, каждую картинку в голове. Он вздрогнул, коротко рванул бёдрами вперёд, и она ощутила, как его дыхание сбилось.
Она открыла рот и медленно взяла его внутрь. Настолько, насколько смогла. Губы сомкнулись, язык мягко коснулся нижней стороны, и она начала двигаться — сначала неуверенно, но с каждым разом всё смелее. Ритм был медленным, изучающим, как будто она не просто сосала, а училась его телу, угадывала, что ему нравится.
Он застонал. Глухо. Хрипло. Настояще.
— Да… вот так, — прохрипел он, не в силах больше сдерживать голос. — Чёрт… продолжай… ты… ты офигенно это делаешь.
Её рука двигалась в такт, помогая, сжимая основание. Она слышала его стоны, чувствовала, как его мышцы напрягаются под ней, как его тело буквально дрожит от напряжения.
И вдруг его пальцы зарылись в её волосы — крепко, требовательно. Он не толкнул её, нет — просто держал. Руками, дрожью, дыханием он просил не останавливаться.
— Ты с ума меня сведёшь, — выдохнул он. — Это твой первый раз? Элисон, мать твою… У кого ты училась так сосать?
Она на секунду оторвалась, провела языком по головке, глядя на него снизу вверх, и хрипло прошептала:
— Я просто… захотела.
И снова опустилась, уже увереннее, глубже, чувствуя, как он извивается под ней, как его пальцы сжимают её волосы, как он рычит — не из злости, а от дикого, беспомощного удовольствия.
Он потерял над собой власть. И это возбуждало её больше, чем она ожидала.
Она продолжала двигаться — медленно, ритмично, всё увереннее, уже не сомневаясь в себе. В каждом её движении читалась цель — довести его до предела, заставить забыть, кто он, где он, и как дышать.
Уилл лежал, тяжело дыша, стиснув простыню под пальцами, но этого ему было мало. Он не мог больше просто лежать. Он дрожал от желания, каждый её вдох у его члена заставлял его стонать сквозь зубы.
Когда она взяла его чуть глубже, язык мягко скользил по нижней стороне, а губы сжались плотнее — он сорвался.
— Чёрт… Элисон… — выдох вырвался хрипло. Он стиснул зубы, ладони резко зарылись в её волосы, сжал, как будто только это могло спасти его от взрыва.