Элисон, пригубив бокал вина, почувствовала, как бархатный вкус "Redwood Vineyards" обволакивает нёбо. Вино раскрывалось медленно — с терпкими нотами лесных ягод и лёгким шлейфом дуба. Она отложила бокал и потянулась за ножом и вилкой, чтобы аккуратно отрезать кусочек стейка. Мясо оказалось мягким, почти тающим под лезвием, и когда она попробовала первый кусочек — тепло разлилось по всему телу.
Рядом дымилась порция чизкейка, его кремовая текстура манила, словно обещала сладкий финал этого вечера. Белоснежная тарелка с нежным рисунком блестела в мягком свете лампы, а винная бутылка — изящная, с красной этикеткой — венчала центр их стола, словно символ их редкой, но крепкой дружбы.
— Мы так давно не сидели вот так… — тихо произнесла Элисон, не отрывая взгляда от заката, который расплывался позади Джессики, словно акварель. — Всё кажется… правильным.
— Почти как в мечтах, да, — отозвалась Джессика, скользнув взглядом по Бруклинскому мосту, над которым уже загорались мягкие золотистые огни. — Тепло, красиво и спокойно. Только ты и я — как раньше.
Но в её голосе сквозила лёгкая, почти незаметная грусть. Джессика провела пальцем по краю бокала, как будто этот жест помогал ей собраться с мыслями.
— Я… расстроилась, когда ты написала, что прилетела всего на пару дней, — проговорила она сдержанно, не обвиняя, просто делясь. В её голосе было что-то от дождя — тихое, усталое, нуждающееся в понимании.
Элисон, поймав этот взгляд, мягко улыбнулась и наклонилась вперёд, поднимая свой бокал с вином.
— К сожалению, не было возможности остаться дольше, — призналась она с ноткой сожаления в голосе, но в её улыбке было что-то успокаивающее. — Каникулы в универе, да, но я всё равно работаю. Еле выпросила пару дней. — Элисон сдержанно засмеялась, вспоминая, как она уговаривала своего начальника отпустить её, даже когда он был в двухнедельном отпуске.
— А ты знаешь, как это было тяжело. Дэн вообще собирался уехать в Чикаго, но, к счастью, остался. Но теперь мне придётся работать ещё неделю больше, чем планировалось, — призналась она с лёгким выражением усталости, но быстро его скрыла.
— Ты ради меня на такую авантюру пошла? — спросила Джессика, не скрывая удивления. Она приподняла брови, взгляд её стал внимательным. — Ты могла просто отказаться, вернуться в привычный ритм. Зачем так себя мучить?
Элисон ответила с лёгким смешком, как будто вопрос действительно показался ей странным.
— Мучить? — повторила она с игривым акцентом, словно пробуя слово на вкус. — Это вовсе не мучение. Не переживай. Встреча с тобой — это лучший повод бросить все дела. Даже если потом я буду неделю на ногах — это ничто по сравнению с этими несколькими драгоценными часами рядом с тобой.
Слова прозвучали просто, но в них была такая искренность, что Джессика почувствовала, как в груди разливается знакомое тепло. В такие моменты ей казалось, что всё в жизни можно пережить, если рядом будет человек, который способен вот так — без лишнего пафоса — сказать нужные слова.
— Ну, хоть одна радость: ты точно будешь на моём дне рождения, — произнесла она, позволяя облегчению вырваться наружу. Её голос стал легче, как будто невидимая тяжесть сползла с плеч.
— Конечно! — уверенно кивнула Элисон, вновь подняв бокал. — Такой юбилей — не просто дата, а событие. Это повод устроить праздник, о котором будут говорить целый год.
Джессика рассмеялась и чуть склонила голову, позволяя себе окунуться в момент.
— Боже, двадцать пять… — пробормотала она, будто самой себе, глядя на вино, в котором отражались огоньки ламп и тёплые оттенки летнего вечера. — Как-то слишком быстро это пришло. Мне всё ещё кажется, что я только вчера закончила школу. А где мои восемнадцать? Я даже не успела толком почувствовать, как это — быть молодой и беззаботной.
Элисон легко засмеялась, держа бокал на уровне глаз и наблюдая, как рубиновый оттенок вина искрится в свете, будто драгоценный камень.
— Поверь, ты и сейчас выглядишь на свои восемнадцать, — сказала она с доброй усмешкой, подмигнув. — Просто теперь к этому добавилась изящность взрослой женщины. Это, между прочим, ещё круче.
Джессика опустила взгляд и улыбнулась, пряча лёгкое волнение, прокатившееся внутри. В эти минуты всё казалось на своих местах — вино, тёплый свет, аромат еды и главное — подруга напротив, с которой можно было быть собой.
Джессика задумчиво покачала головой, словно отгоняя некую мысль, но в следующую секунду, словно щёлкнул переключатель, её взгляд заиграл озорным блеском. Она резко сменила тему, посмотрела на Элисон так, будто собиралась преподнести сюрприз — приятный или нет, зависело лишь от её настроения. Это был тот самый взгляд, от которого у Элисон всегда появлялось лёгкое напряжение, как перед прыжком в холодную воду.