Кровь будто застыла в жилах. Нога соскользнула по гладкому кафелю, и она едва не потеряла равновесие. Но не успела и моргнуть, как чья-то сильная рука перехватила её, а в следующее мгновение она оказалась поднята над полом, словно была невесомой.
— Ты зачем побежала? — голос Уилла был нарочито спокойным, но с оттенком насмешки, от которой хотелось ударить. — Совсем дура?
— Отпусти меня, идиот. Поставь на пол, — процедила она сквозь зубы, и даже дрожь в голосе не смогла скрыть ярости в её взгляде.
Он опустил её, но не отступил ни на шаг. Его взгляд, медленный и цепкий, скользнул от её лица до подола платья, задержался на ней с вызывающей откровенностью. На губах появилась кривая ухмылка, от которой в висках застучало ещё сильнее.
— Ты определённо та, кто мне нужен, — произнёс он так, словно озвучивал неоспоримый факт.
Щёки Элисон залило жаром — от гнева и унижения. Она скрестила руки на груди, будто пытаясь поставить между ними невидимую преграду.
— Заткнись! Почему ты здесь? Ах да, совсем забыла, — в голосе зазвенело ядовитое раздражение. — Пришёл выбрать себе девочку, чтобы раздвинуть ей ноги.
Он усмехнулся — тихо, лениво, с оттенком превосходства.
— Да, — ответил он, не моргнув. — За одной пришёл.
Её шаги стали быстрыми и резкими — она намеревалась уйти, но его пальцы сомкнулись на её запястье стальной хваткой.
— Что теперь? — устало бросила она, не оборачиваясь.
— Пойдём, — сказал он, и в его голосе не было ни просьбы, ни сомнения — только приказ.
— Куда? — холодно спросила она, хотя сердце неприятно сжалось от дурного предчувствия.
— Трахаться, — произнёс он так же буднично, как кто-то сказал бы «выйдем на минуту».
Она замерла. Глаза распахнулись, дыхание перехватило.
— Что? — голос сорвался на шёпот, полный недоверия.
— Ты глухая? — он наклонился ближе, так что его слова почти касались её кожи. — Идём. Не заставляй ждать. Или я возьму тебя прямо здесь.
Она резко попыталась вырвать руку.
— Убери свои ручонки, — рявкнула она, но он даже не шелохнулся.
— Ты пришёл сюда за другими, так иди к ним, — бросила она, её голос дрожал, но уже от злости.
— Ты ведь правда думаешь, что я настолько глуп, чтобы хотеть кого-то ещё? — его взгляд был холодным, как лезвие.
— Хватит меня оскорблять. Я домой, — ответила она твёрдо, хотя знала, что он не отпустит.
И действительно — его пальцы лишь сильнее сжали её руку.
— Я сказал, что ты пойдёшь со мной, — в его голосе не было места возражениям.
Элисон почти физически ощущала, как в груди закипает ярость, но сквозь неё пробивалась паника.
— Ты теряешь время, Уилл. Скоро все разойдутся по аудиториям, и тебе придётся ждать, — попыталась она вывести его из себя, лишь бы он отвлёкся.
Но он только ухмыльнулся.
— Ждать? Мне некого ждать. Девушка, которая мне нужна, стоит передо мной.
Он говорил тихо, но каждое слово звучало так, будто припечатывало её к месту.
— Ты сама сказала, что любая в университете раскроет ноги. Но мне нужна не любая. Мне нужна ты, — и, не отпуская, он повёл её в сторону ближайшего мужского туалета.
Элисон рванулась, но его хватка была железной — ни одно движение не принесло облегчения. Она едва поспевала за его широкими шагами, каблуки скользили по отполированному плиточному полу коридора. Сердце било в виски, дыхание рвалось на поверхности, превращаясь в быстрые, короткие вдохи.
Дверь мужского туалета с глухим ударом распахнулась, и в нос ударил резкий запах дешёвого освежителя, смешанный с влажным, застоявшимся воздухом. Несколько парней, стоявших у писсуаров, замерли, уставившись на них с любопытством.
— Пошли вон, — рявкнул Уилл. Его голос, резкий и низкий, не оставил ни малейшего сомнения в том, что спорить не стоит.
Парни торопливо выскользнули мимо, отводя глаза. Уилл захлопнул дверь и повернул задвижку, отрезая их от внешнего мира. Элисон отступила на шаг, но он уже приближался — хищно, уверенно, с лёгкой ухмылкой в уголке губ.
— Уилл, я не буду… здесь… — слова сорвались шёпотом, в котором смешались страх и отвращение.
Он шагнул ближе, и стена упёрлась ей в лопатки. Его ладони сомкнулись на её запястьях, легко подняв их вверх, прижимая к холодной плитке. Колено вжалось между её бёдер, не давая сомкнуть ноги. Тепло его тела накрыло её, и в этом грязном, тесном помещении оно казалось особенно навязчивым.
— Отпусти, — выдохнула она, дёрнувшись, но его хватка была словно кованая сталь.
Он наклонился так близко, что прядь его волос задела её висок. Его взгляд медленно скользил вниз, задерживаясь на приподнявшемся подоле её платья. Холодный кафель за спиной и этот обжигающий, слишком близкий контакт сводили с ума.