— Отлично. Купальники же купим там? — уточнила Элисон, вспомнив ночной переполох в чате с девочками, когда они обсуждали пляжные наряды.
— Разумеется. Но давай, Эли, поторопись, — нетерпеливо сказала Джесс и, присев на корточки, принялась перебирать вещи в чемодане. Её взгляд оживился, когда она заметила лейблы на бирках.
— Ух ты… — восхищённо выдохнула она, вытаскивая платье цвета шампанского. — Это же Dior! У тебя здесь целая коллекция.
Элисон лишь раздражённо цокнула. Всё настроение испортили эти вещи — чужие, навязанные, далекие от её вкуса. Казалось, в каждом стежке было напоминание о том, что Уилл контролирует даже её внешний вид.
Джесс извлекла из чемодана бежевое платье с мягким блеском ткани, едва достающее до колен. Подняв его перед собой, она словно любовалась трофеем, а потом уверенно кивнула:
— Вот это.
Элисон тяжело вздохнула, её взгляд невольно задержался на платье. Оно было красивым, бесспорно. Но красота эта казалась холодной, почти враждебной.
— Я не хочу носить это, — тихо, но жёстко сказала она. — Но Уилл…
Джесс подняла на неё глаза, в которых мелькнуло искреннее удивление.
— Он заставляет тебя носить такое? — голос прозвучал резче, чем она, вероятно, хотела.
Элисон кивнула, сжав губы. Не хотелось вдаваться в подробности, но воспоминания о том, как он просто поставил её перед фактом, жгли изнутри.
— Это ужасно, — выдохнула она, отводя взгляд и машинально сжимая подол старой рубашки, будто пытаясь удержаться за кусочек своей прежней жизни.
Джесс вдруг рассмеялась — тихо, почти пренебрежительно.
— Господи, да это же мечта любой девушки! Мужчина с безупречным вкусом, с деньгами… Ты просто не понимаешь, как тебе повезло.
Элисон подняла на неё глаза, в которых уже закипала злость.
— Повезло? Если бы не ты, я бы никогда его не встретила. И той ночи в Нью-Йорке не было бы.
Джесс махнула рукой, словно стряхивая с пальцев назойливую пыль.
— Ну уж извини, что вытащила тебя из твоей тихой деревушки. Без меня ты бы до сих пор пила кофе в своём крошечном кафе и листала журналы о чужой жизни.
— Давай просто не будем о нём, — резко обрубила Элисон, чувствуя, что разговор вот-вот сорвётся в ссору. — И помни, о чём мы договаривались.
Она отвернулась, давая понять, что тема закрыта. Но внутри всё ещё пульсировала обида — за платье, за слова Джесс и за ту ночь, которая изменила всё.
— О, я помню, — Джессика обернулась с понимающей улыбкой, но в её тоне сквозила лёгкая небрежность, словно тема была для неё пустяком. — Элиза и Сабрина не должны знать, что ты и Уилл… — она на секунду замялась, подбирая слова, — в общем, что вы едва переносите друг друга.
— Если они спросят, скажешь, что он не смог полететь из-за работы. На случай, если мне не поверят, — уточнила Элисон, слегка прищурившись.
Джесс уверенно кивнула.
Элисон уже собиралась вернуться к поискам нужных вещей, но вдруг остановилась, вспомнив что-то.
— А где Карлос?
— Уже там, — равнодушно бросила Джесс, опустив глаза к экрану телефона.
— Серьёзно? — брови Элисон удивлённо взлетели вверх.
— Прилетел вчера ночью, — ответила подруга, будто речь шла о чём-то обыденном.
— Понятно… — протянула Элисон, но в её голосе сквозило лёгкое недоумение.
Джесс, словно вспомнив о чём-то важном, внезапно оживилась:
— Так что давай быстрее, ты не представляешь, как я соскучилась по своему медвежонку.
Элисон приподняла бровь и бросила на неё удивлённый взгляд. Услышать от Джессики подобную нежность было всё равно что застать её в спортивных кроссовках и без макияжа — редкость, почти невозможность. Но она решила промолчать, не желая углубляться в тему, которая ей совершенно не была интересна.
---
Через полчаса они стояли у двери, прощаясь с матерью Элисон. Саманта, как строгий дежурный на вокзале, уже в двадцатый раз перечитывала им свод правил, сопровождая каждую фразу тем самым взглядом, который у неё появлялся, когда она волновалась.
— Мам, такси, — наконец с облегчением воскликнула Элисон, заметив знакомый силуэт машины у ворот. — Оно уже здесь!
Внутри у неё разлилось тихое ликование — они наконец вырвутся из цепких материнских наставлений. Быстро чмокнув Саманту в щёку, она вместе с Джесс поспешила к машине. Водитель молча забрал их чемоданы, уложив их в багажник так аккуратно, будто это были хрупкие экспонаты.
Когда они устроились на заднем сиденье и машина тронулась, Элисон, глядя на сменяющие друг друга витрины и утренние улицы, наконец решилась поделиться тем, что не давало ей покоя с вечера.