Вода вокруг заколыхалась от их движений, и он прижал её к себе крепче, не давая ни уйти, ни отвлечься.
Уилл держал её крепко, как будто боялся отпустить хоть на секунду. Его бёдра работали размеренно, но с силой, и каждый толчок заставлял её глубже чувствовать его внутри. Вода тихо шуршала вокруг, скрывая их движения, но не способная скрыть того жара, что бушевал между ними.
Он не отводил взгляда от её лица, будто наслаждался каждой гримасой, каждым дрожащим вдохом, который вырывался у неё. И в этих глазах читалось всё — наглое удовлетворение, властное желание и полное безразличие к тому, что кто-то мог их заметить.
— Чёрт, Элисон… — выдохнул он ей в губы, сильнее притягивая к себе, — вот так… чувствуй меня.
Его толчки стали глубже, мощнее, и каждое движение отзывалось в ней жаркой волной, разгоняющей кровь. Уилл прижал её к себе так, что между их телами не осталось и миллиметра, его ладони крепко держали её за бёдра, направляя и контролируя ритм.
Вода ласкала их тела, но это ощущение тонуло под натиском его тепла. Элисон запрокинула голову, тихий стон вырвался из её горла, и она тут же прикусила губу, пытаясь его заглушить.
— Не сдерживайся, — прошептал он ей в губы, резко войдя глубже, заставив её вцепиться в его шею. — Я хочу слышать, как тебе хорошо.
Она оглянулась — пляж и правда был почти пуст, только ленивые тени пальм и тихий шум прибоя. Но взгляд снова наткнулся на Джессику. Та продолжала двигаться на Карлосе, глаза прикрыты, губы приоткрыты, а её бёдра работали в том же ритме, что и их с Уиллом. Джессика снова поймала взгляд Элисон и слегка улыбнулась, в этой улыбке была беззастенчивая солидарность: «Я знаю, как ты сейчас горишь».
Элисон почувствовала, как внутри всё сжалось от странной смеси стыда и возбуждения. Её пальцы сильнее впились в плечи Уилла, когда он изменил угол, входя так, что каждое движение било точно в ту точку, от которой её тело теряло контроль.
— Боже, Уилл… — выдохнула она, не заметив, как её голос стал хриплым.
Он усмехнулся, видя, как она теряет контроль, и, не сбавляя темпа, прижал её бедро к себе, входя ещё жёстче. Его дыхание было прерывистым, а взгляд — голодным, как у хищника, добивающего добычу.
— Вот так… — выдохнул он, сжимая её в объятиях так, будто боялся, что отпустит — и она исчезнет. — Чувствуешь, как я глубоко в тебе?
Она кивнула, не в силах вымолвить ни слова, и в этот момент поняла, что ему действительно всё равно, где они. Ему нравилось, что он берёт её здесь, под открытым небом, и никто не смеет их остановить.
Его руки скользнули по её спине, пальцы обожгли кожу даже сквозь воду, и Элисон поняла, что ещё несколько движений — и она не выдержит.
Его движения становились всё более настойчивыми, будто он хотел стереть границы между ними, слиться с ней до последней клетки. Каждое глубокое вхождение отзывалось в ней горячей, тянущей волной, и ноги предательски слабели.
— Уилл… — голос её сорвался, и он, уловив это, чуть замедлил ритм, но стал входить глубже, будто нарочно дразня её, лишая возможности думать.
— Смотри на меня, — его пальцы обхватили её подбородок, заставляя встретиться взглядами. В его глазах плескалось безумное, необузданное желание. — Я хочу видеть, как ты кончаешь.
Элисон судорожно вдохнула. Она знала — он всегда добивается своего. И сейчас, когда его бёдра толкались в её тело с безжалостной точностью, она чувствовала, как всё внутри стягивается в тугой, готовый лопнуть комок.
— Чёрт… — сорвалось у неё, когда он добавил этот ритм пальцами, и тело предательски выгнулось.
— Давай… — хрипло прошептал он, прижимая её к себе и усиливая темп. — Я чувствую, как ты дрожишь.
И она сорвалась. Волна оргазма прокатилась по телу, вырывая из груди приглушённый, но полный восторга стон. Всё вокруг исчезло: море, солнце, пальмы — остался только он, его крепкие руки и безумная, разрывающая её на части близость.
Уилл, чувствуя, как она сжимается вокруг него, сам потерял контроль. Его дыхание стало тяжёлым, движения — резкими, и через секунду он, зарывшись лицом в её шею, жёстко прижал её к себе, заполняя до конца.
Они стояли так, всё ещё в воде, пока дыхание не стало ровнее, а солёные волны не смыли следы этой безумной минуты.
— И это только начало, — тихо сказал он, скользнув взглядом по её лицу и усмехнувшись. — Сегодня ты не уснёшь.
Оставшееся время на Мальдивах пролетело для них, словно один тёплый, бесконечный день, наполненный солнцем, морем и безудержной страстью. Уилл не упускал ни одной возможности оказаться с Элисон наедине — будь то в их бунгало, где шёпот волн заглушал её тихие, сбивчивые стоны, или в тени пальм, когда горячий песок под ногами контрастировал с прохладой его прикосновений.