Лифт прибыл с тихим звоном, и Элисон вошла внутрь, бросив беглый взгляд на своё отражение в зеркальной стенке. Сумка в одной руке, телефон в другой, а в голове — всё та же мешанина мыслей. Она попыталась переключиться на планы на вечер, но мысли, словно назойливые капли, снова возвращались к Уиллу. Когда-то она убеждала себя, что его отношения с Лилиан — не более чем мимолётное увлечение, но теперь, наблюдая, как слухи набирают обороты, она чувствовала, как внутри зарождается раздражение, которому не могла найти объяснения.
Дом, в котором она жила, возвышался над центром Лос-Анджелеса изящным стеклянным силуэтом. Двадцать этажей панорамных окон, отражающих сияние города, словно хранили в себе кусочек его энергии. Вечерами, когда небо окрашивалось в золотисто-розовые оттенки, стены дома ловили этот свет, переливаясь мягкими, тёплыми отблесками. В лобби с приглушённым светом и аккуратными кожаными диванами всегда пахло свежесваренным кофе и дорогими цветами в высоких вазах. Консьерж, вежливый и внимательный, встречал каждого жильца с лёгкой улыбкой, будто запоминая все их мелочи и привычки.
Её квартира занимала один из верхних этажей — отсюда город был виден как на ладони. Днём солнечные блики скользили по крышам небоскрёбов, а ночью Лос-Анджелес расцветал миллионами огней, складываясь в живое, мерцающее полотно. Рядом находились любимые ею магазины, маленькие арт-галереи и парк, где она часто терялась в тени деревьев, стараясь дать мыслям свободу.
Открыв дверь, она словно шагнула в иной мир. Тёплый, густой аромат тянулся из кухни, обволакивая и заставляя забыть о суете. В нём смешивались нотки свежей выпечки, пряных трав и чего-то ещё — родного и домашнего. Она сбросила туфли у входа, босыми ступнями коснувшись мягкого коврика, и переобулась в пушистые тапочки, на мгновение задержавшись, чтобы вдохнуть этот уют до конца.
Весенний вечер в Лос-Анджелесе был тёплым и спокойным. Сквозь распахнутые окна в квартиру проникал мягкий аромат цветущих апельсиновых деревьев, а где-то неподалёку стрекотали цикады. Солнце уже клонилось к закату, окрашивая небо в персиково-золотые тона, и на улицах зажигались первые фонари, отражаясь в стёклах домов.
— Милая, — с улыбкой произнесла Саманта, протянув руки, чтобы заключить дочь в объятия. Её тепло было таким же надёжным, как когда-то в детстве Элисон, когда она возвращалась домой после долгого дня.
Элисон крепко обняла маму, вдыхая тонкий аромат её духов, смешанный с лёгким запахом свежей выпечки, доносившимся с кухни. Её глаза увлажнились от нахлынувшей нежности.
— Я скучала, — прошептала она, чувствуя, как ком подступает к горлу.
— И я, дорогая, — ответила Саманта, убирая слезинку с её щеки лёгким движением пальцев.
В гостиной горел мягкий свет настольной лампы, на диване лежало бежевое покрывало, а на низком столике стояла ваза с ветками лимонного дерева, наполняя комнату тонким свежим ароматом.
— Мама, ты пришла! — донёсся радостный детский голос.
Элисон обернулась и присела на корточки, распахивая руки. Рэй — пятилетний мальчик с тёмно-голубыми глазами и тёмными, чуть взъерошенными волосами — бросился к ней, обвив маленькими руками её шею.
— Я же обещала, что приеду сразу после работы, — сказала она, крепко прижимая его к себе.
— Всё равно успел соскучиться, мамочка, — пробормотал он, уткнувшись носом в её плечо.
— Сыночек мой… ты моя душа, — произнесла Элисон, целуя его в макушку. Его смех разлился по комнате, смешавшись с тихим шумом вечернего города за окном.
Элисон опустилась на стул, усадив Рэя к себе на колени. Его тёплое, подвижное тело тут же устроилось поудобнее, словно он всегда знал, что именно здесь его место. В его взгляде — яркая искра любопытства, будто он каждое мгновение готов открыть для себя что-то новое.
— Ну, расскажи, как ты себя вёл сегодня? — спросила она, слегка наклонив голову, чтобы поймать его глаза.
— Примерно как настоящий джентльмен, — ответил Рэй с совершенно серьёзным видом, отчего уголки её губ дрогнули. — Сначала бабушка почитала мне сказку. Я даже закрыл глаза, чтобы ей не было обидно, что я не сплю. Потом… — он на секунду задумался, делая паузу, как опытный рассказчик, — потом я поспал. Немного. Ну, чтобы было честно. Потом мы пообедали, я рисовал… а ещё немного читал. Ну и, может быть, чуть-чуть играл на планшете, но это было по разрешению, — добавил он с важным видом, поднимая палец.