— Я же говорила, как две капли воды! — с восторгом прошептала одна, тоненькая блондинка лет тридцати.
— Да ну, не может быть! — отозвалась её подруга, брюнетка постарше. — Ну хорошо, похож… но настолько? Ты уверена, что это не сын кого-то из его родственников?
Уилл почувствовал, как внутри неприятно кольнуло. Он не хотел слушать, но слова цепляли, как крючки. Его пальцы сильнее сжали холодную бутылку, а челюсть напряглась.
Он сделал шаг, намереваясь уйти сразу после кассы, но как назло, одна из женщин обернулась и узнала его. Её глаза расширились, на лице вспыхнула восторженная улыбка.
— Боже мой, это же Уилл Хадсон! — выдохнула она так громко, что даже кассир поднял голову. — Вы в жизни ещё красивее, чем на обложках журналов!
Вторая тут же замерла, поправив волосы и сделав шаг ближе. Обе выглядели так, будто встретили живого идола.
Уилл на секунду задержал на них взгляд. Его тёмные глаза, скрытые под тенью козырька, казались холодными и отстранёнными. Он изобразил короткую вежливую улыбку — ту самую, что всегда прятала за собой раздражение.
— Спасибо, — произнёс он глухо, почти автоматически, и отступил в сторону, стремясь поскорее выйти.
Но женщины не сдавались.
— Мы всегда читаем про вас! — добавила блондинка. — Скажите, это правда, что вы вернулись в Лос-Анджелес ради нового проекта?
Уилл сжал челюсти, коротко кивнул.
— Правда, — бросил он сухо.
Он надеялся, что на этом они отстанут. Но не тут-то было.
— Знаете… у нас спор, — не унималась женщина.
— Господи… о чём? — Уилл не выдержал, его голос прозвучал грубо, почти рыком.
— В детском садике, где работает моя подруга, есть мальчик. Он… — она сделала паузу, будто подбирая слова, — он ну просто копия вас.
Уилл усмехнулся, но в его усмешке не было ни грамма радости.
— Серьёзно? — он наклонился ближе, его голос прозвучал резко. — Теперь каждый сопляк с голубыми глазами будет «копия Уилла»? Может, вы ещё автограф с него снимете?
Женщина покраснела, но не отступила.
— Я не шучу. У мальчика даже походка как у вас. Когда он смеётся — будто вы в детстве. Мы все заметили, и… ну, это правда странно.
Уилл сжал бутылку так, что пластик захрустел.
— Рад за вашего мальчишку, — сквозь зубы бросил он и повернулся к кассе.
— У меня есть фото! — выпалила она и уже рылась в сумочке.
— Да на хрена мне смотреть на чьих-то детей? — резко отрезал он. Его голос прозвучал так, что вся очередь обернулась.
Но она уже протягивала ему телефон. Уилл, раздражённо выдохнув, всё-таки глянул — чтобы быстрее от неё отвязаться.
На экране телефона вспыхнуло фото. Уилл машинально взглянул — и будто наткнулся на удар. На ковре в детском садике сидел мальчишка лет четырёх: тёмные волосы, чуть растрёпанные вихры, улыбка до ушей. Но больше всего его зацепили глаза. Те же самые, что он видел каждое утро в зеркале, только маленькие, наивные.
Сердце ухнуло вниз.
— Ну? — с восторгом сказала женщина. — Видите? Словно маленькая копия вас.
— Да, да, похож, — буркнул он, пытаясь отмахнуться. Но голос его прозвучал глухо, будто слова застревали в горле.
— Подождите, вот это ещё! — она пролистала дальше и протянула экран ближе.
Теперь мальчишка улыбался во весь рот, показывая кривоватый зуб. Его лицо было снято крупным планом, и Уилл почувствовал, как у него по спине пробежал холодок. Господи… это же он сам в детстве. Та же форма носа, та же чёртова ухмылка.
— Чёрт возьми… — пробормотал он себе под нос, хватая телефон.
Женщина, воодушевлённая его реакцией, засыпала его словами:
— Мы даже спрашивали у воспитателей, чей это мальчик. Нам сказали, что не ваш. Но, честное слово, он так на вас похож, что мы не могли не подумать!
— Господи, вы серьёзно? — рявкнул Уилл, резко возвращая ей телефон.
Он резко развернулся, намереваясь уйти, но ноги словно приросли к полу. В груди всё сжалось, дыхание стало тяжёлым.
Похож? Да это не просто похож. Это был он сам — маленький, из старых семейных фотоальбомов.
Глава 27
Уилл сидел, вжавшись в жёсткое пластиковое кресло у кассы, и продолжал листать фотографии, которые уже успел сохранить на телефон. Пальцы двигались по экрану резко, будто он боялся что-то упустить. Мальчишка — не старше пяти лет. Светлые волосы, тёмно-голубые глаза, слишком знакомая улыбка, от которой у Уилла внутри всё сжалось. Его собственное детство, словно отражённое в кривом зеркале, вернулось к нему, и каждое фото било по нервам сильнее предыдущего.
«Чёрт… как это вообще возможно?» — мысли метались, сталкивались, не давая ни одного логичного объяснения. Он не верил в совпадения. Никогда. Но сейчас, глядя на этого ребёнка, он впервые в жизни усомнился в собственных правилах.