Рэй чуть наклонил голову, разглядывая её внимательно.
— Мам, это звучит так, будто ты прячешь нас, — сказал он тихо, и в его глазах впервые мелькнула тревога.
Элисон провела ладонью по его щеке и улыбнулась, стараясь спрятать дрожь в голосе.
— Может быть, именно так. Но я делаю это только ради тебя.
Повисла тишина. Она уже боялась, что он начнёт задавать новые вопросы, но вдруг Рэй, прищурившись, выдал с искренней серьёзностью:
— Ты шпион?
Элисон не выдержала и рассмеялась, подхватила сына на руки и закружила, целуя его в макушку.
— Возможно, — подыграла она. — Но ты никому не должен об этом говорить. Это будет наша тайна, договорились?
— Договорились, — важно кивнул он и крепко обнял её за шею.
На мгновение Элисон почувствовала облегчение. Смех сына, его доверие и уверенность в её словах согрели сердце. Но за этой улыбкой всё равно пряталась тревога, которую она уже не могла заглушить.
Утро выдалось душным для Лос-Анджелеса. Элисон вела машину осторожно, держась обеими руками за руль так крепко, что побелели пальцы. Рядом на заднем сиденье болтал ногами Рэй, напевая что-то себе под нос. Он выглядел спокойным, даже взволнованным, как будто предвкушал новое приключение. Элисон же чувствовала, как каждый километр дороги превращается в испытание.
У ворот нового детского сада их уже ждала Лора. Подруга стояла в лёгком летнем платье, с волосами, собранными в небрежный пучок, и улыбкой, которая сразу казалась надёжной и настоящей. В её руках — большой холщовый пакет с игрушками её собственного сына.
— Привет! — ободряюще махнула она рукой. — Ну что, готовы?
Рэй, увидев её, оживился и тут же выпрыгнул из машины. Он крепко обнял Лору, словно знал её всю жизнь.
— Лора! Я сегодня покажу Джейку новую машинку! — выпалил он, и его глаза загорелись радостью.
— Конечно покажешь, — засмеялась Лора, опускаясь к нему, чтобы погладить по плечу. — Джейк будет в восторге.
Элисон в этот момент уже выходила из машины, её сердце стучало неровно. Она задержала дыхание, оглядываясь вокруг. Всё выглядело обыденно: родители приводили детей, воспитательницы улыбались на входе, кто-то спешил на работу. Но ей казалось, что за каждым углом может скрываться чья-то тень.
— Всё будет хорошо, — тихо сказала Лора, подойдя ближе. Она знала, как тяжело далось это решение подруге. — Я прослежу за ним. Слово даю.
Элисон кивнула, благодарно сжав её руку.
— Спасибо, — её голос дрогнул, и она поспешила отвернуться, чтобы Рэй не заметил её слабости.
Мальчик же был полон решимости. Он взял маму за руку и, заглянув в её глаза, сказал почти взрослым тоном:
— Мам, не переживай. Я справлюсь. И я помню, что ты говорила.
Элисон почувствовала, как внутри у неё всё оборвалось. Этот пятилетний мальчик был умнее и сильнее, чем многие взрослые рядом с ней. Она нагнулась, крепко обняла сына, вдохнула запах его волос, такой родной и тёплый.
— Я люблю тебя, — прошептала она ему на ухо.
— И я тебя, мамочка, — ответил он, улыбнувшись, и с лёгкой небрежностью вырвался из её объятий, устремившись к Лоре.
Они вдвоём направились в сторону входа, а Элисон осталась стоять у машины. Солнце жгло асфальт, но её охватил холод. Она ещё раз оглянулась — и на секунду ей показалось, что из-за припаркованной машины кто-то наблюдает за ними. Силуэт, взгляд… или это было только её воображение?
Она сделала глубокий вдох и резко отогнала от себя эту мысль. Но сердце всё равно било тревогу: теперь ей казалось, что Уилл слишком близко.
После того как Элисон оставила Рэя в новом садике, её сердце всё ещё щемило. Она долго стояла у ворот, пока не убедилась, что сын зашёл внутрь и растворился среди других детей. Лишь тогда она с трудом заставила себя развернуться и уехать.
К офису она решила заехать чуть раньше — с чувством, что день обещает быть непростым. Но сначала — кофе. В Лос-Анджелесе утро уже было ярким и жарким: асфальт дышал теплом, пальмы лениво колыхались на ветру. Она припарковалась у небольшого кафе на углу, купила свой любимый латте с ванильным сиропом и, прижимая к себе горячий стакан, почувствовала, как тревожное утро становится чуть мягче.
Когда она вошла в здание офиса, её привычно встретил охранник.
— Доброе утро, Элисон, — с улыбкой сказал он.
— Доброе, Том, — ответила она, и её голос прозвучал теплее, чем она ожидала. Ей нравилась эта маленькая стабильность в мире, который в остальном казался таким хрупким.