— Мамочка!
Элисон судорожно вдохнула и прижала его к себе, впитывая каждое мгновение — его запах, его вес, его тепло. Она гладила сына по мягким волосам, а слёзы катились по её щекам, обжигая кожу. В этот миг всё вокруг будто исчезло: не было ни боли, ни страха, ни Уилла за дверью — только она и её мальчик. Но где-то глубоко в душе затаилась тяжёлая мысль: как сказать ему, что сегодня его жизнь изменится навсегда?
Лора, прислонившись к стене, нахмурилась, заметив блеск слёз на лице подруги. Её глаза были полны тревоги. Элисон, покачав головой, пыталась жестами успокоить её, но сама понимала — никакие слова не смогут скрыть надвигающийся шторм.
— Мамочка, ты плакала? — серьёзно спросил Рэй, осторожно коснувшись её щеки ладошкой. Его большие глаза, полные детской искренности, вглядывались прямо в её душу.
Элисон глубоко вдохнула, пытаясь удержать голос под контролем. Слова застревали в горле, но она знала — дальше отступать уже некуда.
— Помнишь... — начала она, но дрожь пробежала по её телу, и фраза повисла в воздухе. Лора, заметив её состояние, шагнула ближе. В её взгляде было столько заботы и настороженности, что от этого Элисон стало ещё тяжелее.
— Что случилось, Элисон? — мягко спросила подруга, будто боялась спугнуть хрупкий момент.
— Нет, всё хорошо… просто... — она едва сглотнула, с трудом подбирая слова, и наконец выдохнула: — Папа здесь.
Эти два слова раскололи воздух, как гром среди ясного неба. Лора невольно ахнула, её глаза расширились, а руки на миг замерли в воздухе. Она, как и Рэй, не могла поверить в услышанное.
— Папа? — переспросил мальчик, его голос звенел от удивления.
Элисон кивнула, и слёзы выступили на её ресницах. Её губы дрожали, но она старалась держаться. Внутри её переполняли такие разные чувства — страх, вина, надежда, радость.
— Угу, — произнесла она хрипловато, вытирая щеки ладонью. — Он здесь.
Рэй не отвёл от неё взгляда. Его детские глаза сияли неподдельным волнением, и в них было то самое чистое ожидание, которое не оставляет места сомнениям.
— А где он? — тихо спросил мальчик, и в его голосе прозвучала осторожная, но искренняя надежда. — Я хочу его увидеть.
Элисон почувствовала, как в груди всё сжалось. Она боялась этого момента, но знала — прятать дальше бессмысленно. Поднявшись, она взяла сына за руку и повела к двери спальни. Каждый шаг давался ей с трудом, словно ноги налились свинцом.
— Рэй… — она остановилась на полпути, повернувшись к нему. Голос дрожал, глаза блестели слезами. — Обещай мне, что бы ни случилось, ты не оставишь меня.
Он крепко обнял её, его крошечные руки обвили её талию с такой силой, будто он чувствовал, насколько это важно для неё.
— Конечно нет, мамочка, — уверенно сказал он. — Ты же моя мама.
Элисон зажмурилась, впитывая его слова, и прижала сына к себе ещё сильнее. Сердце сжималось от страха — ей казалось, что эти объятия могут стать последними, если Уилл решит отобрать у неё самое дорогое. Но, несмотря на страх, она понимала: момент истины настал.
Уилл стоял в темноватой комнате, его сердце билось так громко, что гул отдавался в ушах. Дверь медленно приоткрылась, и в щель ворвался мягкий свет из коридора. В эту секунду он почувствовал, что весь его мир затаил дыхание.
— Он тут? — тихий детский голос прозвучал так чисто и неожиданно, что у Уилла внутри всё оборвалось. Маленькое «он» ударило в самое сердце, лишая его дыхания.
— Да, — прошептала Элисон. Её голос дрожал, и в нем было что-то сродни мольбе и надежде одновременно. Она открыла дверь шире, и в проёме появился мальчик.
Уилл замер. Перед ним стоял ребёнок, держащий мать за руку. Хрупкая фигурка, серьёзный взгляд — и такое знакомое лицо. Лицо, которое он узнавал, даже если бы увидел его среди тысячи. Это был он. Его сын. Его Рэй.
Сердце Уилла сжалось так сильно, что он почти пошатнулся. Всё, что он когда-то похоронил в себе вместе с мыслью о погибшем ребёнке, вдруг ожило.
— Моя маленькая копия… — выдохнул он, почти не осознавая, что говорит. Его голос дрожал, словно каждое слово было вырвано из глубины души.
Он опустился на корточки, стараясь быть на одном уровне с мальчиком. Его руки приподнялись чуть в сторону, но не решились потянуться вперёд — он боялся, что резким движением спугнёт ребёнка.
Рэй смотрел на него внимательно и серьёзно, будто пытался сам найти ответ, можно ли доверять этому мужчине. Элисон чувствовала, как маленькие пальцы сжали её ладонь сильнее — сын искал у неё подтверждения.