Я вцепилась в его шею и ревела, оплакивая уход мамы и отъезд самого классного мальчика на свете.
И странно, но больше меня ранило именно второе.
Мама никогда не была особенно вовлечена в нашу жизнь. Всегда отстранённая. Жила своими делами, своими амбициями. Часто говорила, что вся надежда только на неё и только её усилиями мы выберемся из нищеты.
Мы жили не богато, но и не впроголодь. Купили двухкомнатную квартиру со средним, но свежим ремонтом. В холодильнике всегда была еда, а у меня чистая одежда и игрушки.
На мой рёв прибежал папа. Игорь с облегчением передал меня ему.
Своего ангела я больше не видела.
Со временем даже забыла, как он выглядит.
Спустя несколько лет дядя Костя продал свою долю отцу. Насколько я знала, они обосновались в Америке и открыли там бизнес. Игорь получал образование и готовился помогать отцу.
А я… я постепенно перестала о нём думать.
Лишь иногда мне снились голубые глаза.
И добрая улыбка.
Глава 4. Принц на белом коне
Дядя Костя обнимал так, словно я его дочь, которую он не видел несколько лет. Вообще, он отличный мужчина — по крайней мере, именно таким я его помню. Глядя на них с отцом, создаётся ощущение, что они хранились в криокамере: статные, высокие, и на вид им не дашь больше сорока.
Наконец он разорвал объятия, похлопал меня по плечу и вернулся на своё место.
— Ну, привет, чудо. Ты заметно подросла, — Игорь сказал это, разглядывая меня с ног до головы. Не просто посмотрел — медленно провёл взглядом, будто сверяя в памяти две картинки: ту мелкую девчонку с косичками… и меня сейчас. На секунду задержался где-то ниже лица. Моё и без того напряжённое тело отозвалось мурашками.
— Приветик, Игорь. Ты тоже… ну это… повзрослел и изменился. Я бы тебя не узнала, — сказала я, наматывая локон волос на палец. Ну да, флиртовать я не особо умею. Раньше я оказывала знаки внимания парням исключительно тогда, когда мне было от них что-то нужно. Например, Костя на первом курсе повёлся и помог с курсовой. Сходила я потом с ним в кино — и до сих пор не могу отделаться от его навязчивого внимания. Так что флирт решила больше не практиковать.
Но тут другое. Игорь мне реально нравится. Даже не так — я помню его и свои детские чувства к нему. Ощущение, что сердце помнит, а я ничего не могу с этим поделать.
— Рад тебя видеть, Кристина, — он выглядел максимально расслабленным: сидел, облокотившись об спинку стула, ноги широко расставлены, руки небрежно лежат на столе. Боже, что за мужчина передо мной?
— Когда все наконец поздоровались, пора продолжить разговор. Дочка, тебе пора, милая, — сказал отец.
Решил от меня избавиться? Ага, разбежалась.
— Папа, как это — пора? Нет, не пора. Мало того, что ты забываешь про наши редкие встречи, ты ещё и что-то скрываешь. Я хочу и имею право тут присутствовать. Вообще-то моя доля в этом бизнесе тоже имеется.
Я решила идти напролом. Не уйду отсюда — пусть хоть со стулом выносят.
Во-первых, я обязана узнать, что происходит у папы: дело явно в бизнесе.
Во-вторых, здесь мужчина моей мечты, и его нельзя упускать ни при каких обстоятельствах. Однажды я его уже потеряла.
— Игорю значит можно, а мне — нет?
По-детски? Возможно. Но на войне все средства хороши.
— Кристина, мы с тобой потом увидимся и всё обсудим. Я тебе обещаю.
— Дядя Олег, она права. Кристина имеет право знать, что происходит. Эта ситуация коснётся её напрямую. К тому же, если она хотя бы наполовину сохранила свой боевой характер, нам всем может не поздоровиться. Она отлично дралась. Думаю, её лучше не злить, — с лёгкой усмешкой, но со всей серьёзностью в глазах, заступился за меня мой идеальный мужчина. Он говорил спокойно, но произнеся моё имя, на секунду посмотрел прямо на меня. Не на отца. На меня. Словно давая понять — он на моей стороне.
— Олег, дети правы. Пусть Крис останется, — поставил точку дядя Костя.
— Вот видишь, большинство голосов за меня, пап. Я остаюсь.
— Я просто переживаю за тебя и хочу отгородить от всех этих проблем, родная, — отец нервничал. Последний месяц он вообще выглядел так, будто не спит. Но и уйти я не могу. Я должна знать, насколько всё серьёзно и чем могу помочь.
— Папочка, всё хорошо. Я уже большая девочка и хочу знать о проблемах своей семьи. И, по возможности, помочь.
— Твоей помощи я и боюсь, ребёнок, — вздохнул он, но больше возражать не стал. — Раз ты здесь, то я вкратце обрисую ситуацию. Лично для тебя. Посмотри в окно. Видишь поле через дорогу?