— Всё в порядке, — произнёс он, стараясь, чтобы голос звучал ровно. — Ты не пострадала?
Она качнула головой, отводя взгляд, и сделала небольшой шаг назад.
— Нет. Просто… неловко вышло.
Лестер кивнул, не зная, что ещё сказать. В воздухе повисла странная, тягучая тишина, нарушаемая лишь отдалённым гулом оборудования.
Астрис провела рукой по лицу, затем глубоко вздохнула.
— Я… закончу с переодеванием.
Она повернулась и быстро скрылась за входной дверью, оставив Лестера наедине со своими мыслями.
«Это ничего не меняет», — убеждал он себя, но голос внутри звучал неубедительно.
Лестер медленно подошёл к двери душевой, задержался на секунду, прежде чем войти. В голове крутились вопросы, на которые не было ответов:
Почему это так на него подействовало? Почему он до сих пор чувствует её пальцы на своей коже, будто отпечаток, который не смыть? И самое главное — что это значило для неё?
Он включил воду, шагнул под струи, надеясь, что холод отрезвит, смоет это странное, тягучее ощущение. Но даже под потоком воды мысли не отпускали.
Астрис всегда держалась отстранённо — резкая, собранная, с этим её привычным прищуром, за которым невозможно прочесть ни эмоции, ни намерения. Она недоверяла, но и не отталкивала. Работала с ним, но не сближалась. А теперь — вот это. Мимолётный контакт, случайность, но почему‑то казавшаяся… значимой.
Лестер выключил воду, сдёрнул с крючка полотенце и принялся энергично вытираться. В душевой всё ещё висел пар, приглушая звуки и размывая очертания. Он провёл полотенцем по волосам, затем обернул его вокруг шеи, распахнул дверь и шагнул наружу — с голым торсом, в одних штанах. Капли воды стекали по плечам и груди, оставляя блестящие следы на коже.
В тот же миг он услышал лёгкий скрип — дверь в комнату приоткрылась, и на пороге появилась Астрис.
Их взгляды встретились.
На секунду время словно замерло. Лестер не двинулся с места — ни отступить, ни прикрыться. Он лишь чуть приподнял подбородок, выдерживая её взгляд. В груди что‑то сжалось, но он не позволил себе отвести глаза.
Астрис замерла. Её взгляд скользнул по его плечам, груди, затем снова поднялся к лицу. На миг в её глазах промелькнуло что‑то — не смущение, не удивление, а скорее… осмысление. Она чуть наклонила голову, и в её голосе прозвучала нескрываемая ирония — но без насмешки, скорее с оттенком искреннего восхищения:
— Надо признать, ты держишься в форме. Не просто «в порядке» — а действительно в отличной форме.
Лестер едва заметно вздрогнул. Он не спешил прикрываться. Полотенце по‑прежнему висело на шее, и он лишь медленно провёл по нему пальцами, будто взвешивал её слова.
— Стараюсь, — ответил он сдержанно, но в уголках губ промелькнула тень улыбки. — Работа требует.
— Это заметно, — кивнула Астрис, и в её взгляде мелькнуло что‑то тёплое, почти дружеское.
Она сделала несколько шагов вперёд, приблизившись почти вплотную. Её рука невольно потянулась к его торсу — пальцы осторожно коснулись бледного большого шрама, пересекавшего левое плечо.
— Что это? — тихо спросила она, проводя кончиками пальцев по рубцовой ткани.
Лестер чуть напрягся, но не отстранился. Взгляд его на мгновение потускнел, словно засмотревшись вглубь себя.
— Старая история, — произнёс он сдержанно. — Не стоит внимания.
Астрис подняла глаза, пытаясь прочесть в его лице то, что он не хотел говорить вслух. Но прежде чем она успела задать следующий вопрос, дверь резко распахнулась.
На пороге стоял Виктор. Он замер, окинув взглядом сцену: Лестер — с обнажённым торсом, Астрис — в шаге от него, её рука всё ещё касается его плеча.
Брови Виктора удивлённо поползли вверх.
— Эм… — протянул он, слегка кашлянув. — Я, конечно, понимаю, что время не ждёт, но, может, сначала оденетесь? Нам пора в путь.
Лестер медленно отстранился, бросил короткий взгляд на Астрис, затем повернулся к Виктору.
— Уже идём, — коротко бросил он, натягивая рубашку.
Астрис отступила на шаг, её лицо вновь стало непроницаемым. Но в глубине глаз ещё тлел невысказанный вопрос — и тень беспокойства, которую она поспешно спрятала за привычной маской хладнокровия.
Виктор, всё ещё слегка озадаченный, кивнул:
— Жду в машине. Пять минут — и стартуем.
Он вышел, оставив их вдвоём. В комнате повисла напряжённая тишина, нарушаемая лишь отдалённым гулом оборудования.
Лестер застегнул рубашку, провёл рукой по волосам, пытаясь собраться с мыслями.
— Пойдём, — сказал он наконец, стараясь звучать спокойно.