— А вот это «Охота на уток» Широ Мсуно.
Красивый, молодой мужчина в немного непривычной одежде, чем-то напоминавшей воинское облачение, натягивал лук на берегу озера, а на небе раскинули крылья в полёте три маленькие птички.
Не сосредоточиваясь на мелких деталях, живописец удивительно точно передал стремительность движений и азарт охотника. Казалось, тот вот-вот спустит тетиву, посылая стрелу за добычей.
Дав девушке возможность рассмотреть картину, барон продолжил экскурсию. Хотя на некоторых картинах вообще отсутствовали какие-либо записи, он знал не только название каждой из них, но ещё и имя автора. И это несмотря на то, что большую часть жизни провёл вне дома.
Весьма удивлённая данному обстоятельству, Платина осторожно поинтересовалась, когда он успел всё это запомнить?
— Всё просто, — грустно усмехнулся землевладелец. — После смерти отца мама каждый день меня сюда приводила, заставляя учить всё, что с ним связано: славные дела предков, имена родственников, любимые книги и картины. Она очень хотела, чтобы я гордился своим происхождением и никогда не забывал отца.
Девушка понимающе кивнула, подивившись столь странным методам воспитания и в который раз невольно жалея своего спутника.
— Все эти картины очень старые, — продолжал рассказчик. — Нет ни одной моложе двухсот лет.
— Ему не нравились современные художники? — удивилась слушательница.
— Он вообще очень увлекался стариной, — понизил голос аристократ. — От господина Мукано я слышал, что отец не одобрял нынешние порядки в империи, считая законы и обычаи, существовавшие до Воссоединения, более правильными и справедливыми для благородного человека. Многие его родственники тоже так считали. Они обиделись на маму ещё и за то, что она отдала меня в Гайхего.
Приёмная дочь бывшего начальника уезда хотела спросить, как сам Хваро относится к нынешнему положению дел в стране, но вовремя вспомнила, что благовоспитанной девушке не к лицу интересоваться политикой и подобными, чисто мужскими делами.
— Здесь любимые книги отца, — молодой человек подошёл к стеллажу у стены. — Исторические хроники, сочинения древних стратегов, жизнеописания полководцев. Господин Мукано как-то сказал, что отец очень жалел, что родился в такое спокойное время.
«Вот же придурок!» — мысленно сделав напрашивавшийся вывод об умственных способностях покойного, пришелица из иного мира несмело поинтересовалась:
— А другие книги в замке есть?
— Конечно, есть! — вздрогнул собеседник, возвращаясь от воспоминаний к действительности. — Пойдёмте, я вам покажу, Ио-ли.
Взяв спутницу за руку, он повёл её за ширму, где обнаружилась ещё одна дверь, скупо украшенная металлическими накладками.
В просторном, светлом помещении теснились высокие стеллажи.
— Со стыдом должен признаться, что мои предки не отличались любовью к литературе, — то ли виновато, то ли с иронией заметил хозяин замка. — Но смогли собрать большую библиотеку. Жаль только, что она в полном беспорядке.
Платина тоже сразу обратила внимание на то, что книги разложены кое-как неровными стопками: то вдоль полок, то поперёк, а в одном месте лежали несколько перевязанных шпагатом пачек. Но небольшой слой пыли на них наглядно демонстрировал, что здесь всё же время от времени убираются.
— Я даже не знаю, что это за книги и сколько их, — смущённо развёл руками барон. — Вроде где-то был полный список книг, но затерялся после смерти отца. Любимые книги он держал в своём кабинете, а мама — у себя. Если нужно, можете взять здесь любую, Ио-ли. Вы же говорили, что хотите узнать побольше о далёких землях?
Девушка машинально кивнула.
— Поищите, — предложил молодой человек. — Может, найдёте заметки какого-нибудь путешественника или описание чужих стран?
Благодарю, Тоишо-сей, — помня об этикете, церемонно поклонилась Ия, весьма обрадовавшись подобному предложению. — «Теперь хоть будет, чем заняться. А то шатаясь целыми днями по парку, с ума сойдёшь».
Он подошёл к стеллажу где, на нижней полке, в небольшой плоской корзине почти навалом лежали длинные разноцветные цилиндры при ближайшем рассмотрении оказавшиеся круглыми футлярами из раскрашенного бамбука, похожие на те, что в мире Платины использовались для хранения чертежей или свёрнутых картин.
Взяв один из них хозяин замка, не без труда, вытащил, плотно сидевшую, крышку и извлёк бумажный свиток на тканевой основе с двумя палочками по краям. Торжественно развернув он продемонстрировал девушке портрет молодой, красивой женщины в ярком красно-синем платье с замысловатой причёской удерживаемой двумя шпильками с длинными висюльками и причудливой диадемой украшенной россыпью разноцветных драгоценных камней.