— Это ваша мама? — сразу догадалась Ия.
— Да, — подтвердил собеседник. — Такой она была в молодости когда только, что вышла замуж за моего отца.
В отличии от изображения старого барона в спальне его вдовы эта картина не производила впечатления произведения искусства. Просто грубая поделка предназначенная исключительно для передачи внешнего сходства. В общем ничего удивительного.
Пришелица из иного мира отметила, что Тоишо Хваро больше походил на отца, чем на мать.
— Но, почему вы не повесите это в своём кабинете? — поинтересовалась она, вспомнив, что ещё нигде в замке не встречала изображения покойной баронессы.
— Я уже говорил вам, — вздохнул молодой человек. — Пусть пока здесь всё остаётся как было при маме. Вот вернёмся с юга, тогда и будем менять.
Бережно свернув картину он вновь убрал её в футляр, вернул его в корзину и поманил за собой в глубь помещения.
«Та это ещё не всё?» — удивилась девушка.
— Сейчас я хочу показать вам нечто особенно и совершенно необыкновенное! — с таинственным видом заявил аристократ, подходя к стоявшему у стены стеллажу.
Лукаво глянув на неё, он повозился в тёмном углу. Послышался тихий щелчок замка потайной дверцы.
Подавшись вперёд, Платина машинально вытянула шею.
Землевладелец достал шкатулку размером примерно с кирпич и, сделав сделав знак спутнице приблизиться, подошёл к небольшому столику у окна, также заставленному книгами.
Сдвинув их в сторону, он продемонстрировал густо покрытый пылью ларец из отделанного серебром тёмно-вишнёвого лакированного дерева.
Невольно затаив дыхание, приёмная дочь бывшего начальника уезда наблюдала, как барон легонько нажимает на металлические накладки по углам.
Сухо щёлкнув, приподнялась плоская крышка. Стараясь не испачкаться, молодой человек откинул её в сторону. На тусклом, явно когда-то белом шёлке покоился коротенький, сантиметров двадцать, стебелёк какого-то травянистого растения с тремя отходившими в сторону ажурными листочками и единственным лепестком, оставшимся от большого, похожего на тюльпан, цветка.
Почувствовав некоторое разочарование, девушка поначалу решила, что Хваро демонстрирует ей просто какую-то засушенную травку, вероятно, чрезвычайно редкую, раз уж предки барона так бережно её хранили, несмотря на плачевное состояние. Но, присмотревшись, поняла, что она не настоящая.
Многозначительно улыбаясь, хозяин замка повернул шкатулку к окну. Клонившееся к закату солнце наполняло помещение потоками прощального света, заставив странный стебелёк поблёскивать так, словно он сделан из стекла.
Аристократ бережно взял его и протянул Ие. Но прежде чем та успела протянуть руку, цветок выскользнул из его пальцев.
Платина испуганно ойкнула, ожидая увидеть разлетающиеся во все стороны острые осколки.
Однако хрупкий на вид стебелёк, с мелодичным звоном рухнув на гладко оструганные доски, пару раз подпрыгнул, но остался совершенно невредим!
Чрезвычайно удивлённая девушка с недоумением посмотрела на хозяина замка и, опустившись на корточки, осторожно взяла удивительно тяжёлый для своего размера стебелёк, пытаясь на ощупь определить, из чего же тот сделан?
Металл?! Нет. Материал почти прозрачен настолько, что в листочках и в единственном уцелевшем лепестке можно различить тоненькие, как волос, жилочки. Возможно, какой-то особо прочный пластик? Но неужели в этом мире могут изготовлять синтетические материалы?!
— Удивлены? — присаживаясь рядом, спросил молодой человек.
— Он не разбился, — озадаченно пробормотала Ия.
— Его не берут ни меч, ни даже кузнечный молот, — гордо объявил барон.
— Но цветок же сломали, — резонно возразила собеседница, демонстрируя покалеченный бутон с оплавленными пенькам ещё нескольких лепестков.
— Его таким нашли, — пояснил Хваро и таинственно понизил голос: — Вы что-нибудь слышали о «первом мире»?
Беглая преступница сразу же вспомнила пещеру под монастырём «Добродетельного послушания», огромную трубу из полированного камня, перекрытую такой же преградой, невнятный рассказ Рокеро Нобуро.
Однако посвящать знатного землевладельца в столь интимные подробности своей биографии она не стала, привычно сославшись на бывшую подругу.