— Слушаю, Ио-ли, — чуть нахмурился барон.
— Привезите мне хотя бы немного косметики. Очень хочется быть красивой.
Хваро рассмеялся.
— Обещаю, у вас будет лучшая косметика, какая только есть в Хайдаро!
— Заранее благодарю вас, Тоишо-сей, — поклонилась спутница.
Узнав, что сегодня её услуги не понадобятся, и она может идти домой, Охэку сначала растерялась, потом обрадовалась и, горячо поблагодарив господина, чуть ли не бегом бросилась со двора.
Яира выложила на вкопанный в землю столик тарелки со сластями и тоже куда-то ушла.
— Угощайтесь, Ио-ли, — радушно предложил хозяин замка, первым взяв пирожное из бобовой пасты.
Последовав его примеру, девушка деловито чмокнула губами.
— Вкусно.
Потом они неторопливо пили чай, болтая о всяких пустяках. Вечерело, стрекотали цикады, на темнеющем небе проступали яркие точки звёзд.
— В том, что вы оказались здесь, только моя вина, — неожиданно произнёс землевладелец. — Вы не должны обижаться на мою мать.
— О чём вы? — мгновенно насторожилась слегка расслабившаяся Платина.
— Если бы я с самого начала поселил вас на третьем этаже, — с явной неохотой принялся объяснять аристократ. — Сейчас вам бы не пришлось жить так далеко от меня.
— Разве же это далеко? — мягко улыбнулась девушка, положив свою руку на его ладонь. — Вам стоит только пройтись по чудесному парку, полюбоваться цветами, и мы снова вместе.
Барон переплёл её пальцы со своими.
— А на вашу матушку я нисколько не обижаюсь, — приёмная дочь бывшего начальника уезда вдруг кстати вспомнила одну из «лекций» своей наставницы госпожи Андо. — Она поступила так, как посчитала нужным, руководствуясь правилами приличия, принятыми в знатных, благородных семьях. Поддавшись чувствам, мы забыли о морали и добродетели, а ваша мудрая матушка напомнила нам о них.
Слушая себя, пришелица из иного мира просто офигевала, не понимая, откуда только берутся все эти правильно-лицемерные слова, и как у неё получается так ловко их складывать? Неужели она успела настолько вжиться в местные реалии?
Как бы то ни было, но эта прочувственная, хотя и короткая речь произвела на слушателя весьма сильное впечатление.
У него даже глаза заблестели, отражая свет зажжённого на сквозной веранде фонаря.
Потянувшись к собеседнице, барон нежно поцеловал её в уголок губ.
— Я очень рад, что вы всё именно так и поняли, Ио-ли.
— А разве вы поняли по-другому? — улыбнулась девушка, вновь начиная ощущать привычную раздвоенность.
Платина понимала, что он/она любит её, заботится, стараясь окружить свою девушку максимальным комфортом. Являясь самозванкой, которую в случае разоблачения непременно ждёт жестокая казнь, Хваро не побоялась приютить беглую преступницу, ещё сильнее усложняя свою и без того непростую жизнь.
Однако целая череда убийств, так или иначе связанных с хозяином замка, фактическое уничтожение семьи, приютившей пришелицу из иного мира, не могли не вызывать у той невольного опасения. А тут ещё дядюшка землевладельца, который, судя по всему, Ию просто ненавидит, возможно, видя в ней соперницу по влиянию на племянницу.
Грустные размышления прервал наглый комар, усевшийся прямо на кончик носа. Досадливо смахнув докучливое насекомое, Платина взяла с тарелки последнее абрикосовое печенье.
— Кажется, нам уже пора спать, — хрипловатый голос аристократа заметно дрогнул.
«Надо же, до сих пор волнуется, — усмехнулась про себя девушка. — А вот мне это уже не так нравится».
Этой ночью они долго не могли уснуть, щедро оделяя радостью друг дружку.
А утром Хваро вдруг предложила помочь ей умыться и одеться.
— Когда вы официально станете наложницей, Ио-ли, вам часто придётся это делать.
«Пока что я только любовница!» — мысленно огрызнулась приёмная дочь бывшего начальника уезда, но возражать не стала, послушно взяв с табурета кувшин с водой.
Хваро умылась до пояса, насухо растёрлась полотенцем, после чего настала очередь грудной повязки.
Помогая её закрепить, Платина обратила внимание на то, что она сделана из гораздо более грубой и плотной ткани, чем та, которой пользовалась сама Ия. Да и затягивала повязку любовница гораздо туже.
Далее последовали две шёлковые рубахи: белая и голубая; и наконец зелёный, расшитый узорами халат.
Судя по довольной физиономии Хваро, процесс облачения доставил ему/ей огромное удовольствие.