— Подождите! — остановил её барон. — Я провожу вас.
Всю дорогу до Дома за озером они шли взявшись за руки.
В гости Хваро зайти отказался, сославшись на занятость. Остановившись у ведущих на веранду ступеней, он обнял девушку, прижал к себе и прошептал на ухо:
— Мы ещё не расстались, а я уже безумно скучаю.
Пришелица из иного мира на секунду замялась, но тут память вновь выдала подходящую цитату из какого-то сериала.
— Тем радостнее будет наша встреча, когда вы вернётесь, Тоишо-сей!
— Да! — выдохнул хозяин замка и буквально впился губами в её губы. С трудом оторвавшись, он перевёл дух и затараторил: — Я постараюсь вернуться как можно скорее…
— Поступайте, как считаете нужным, — вздохнув, беззастенчиво прервала его девушка.
— Клянусь, это последний раз, когда я уезжаю так надолго, — не слушая её, продолжал землевладелец, и его глаза заблестели от подступивших слёз. — И больше мы никогда не расстанемся!
— Я надеюсь на это, Тоишо-сей, — осторожно отодвинувшись, Платина отвесила церемонный поклон. Это затянувшееся прощание начинало её напрягать.
— До свидания, Ио-ли, — отвесив ответный поклон, аристократ развернулся и торопливо зашагал к проёму в зарослях вишнёвых деревьев, на ходу мазнув по щеке тыльной стороной ладони.
Тяжело вздохнув, приёмная дочь бывшего начальника уезда поднялась на веранду и увидела во внутреннем дворе Охэку.
По тому, с каким деловым и отрешённым видом она размахивала бумажным веером, раздувая огонь в очаге под открытым небом, беглая преступница поняла, что та видела её прощание с бароном.
Словно почувствовав чужой взгляд, служанка обернулась, бодро вскочила на ноги и поклонилась.
— Вы уже пришли, госпожа? Мекен с кухни продукты принёс. Я всё в ларь убрала.
— Что там? — поинтересовалась девушка.
— Длинный рис, — начала перечислять собеседница. — Бобы, фасоль, редька, соевый творог и яйца!
— Неплохо, — усмехнулась Платина.
— Мекен сказал, что мясо и рыбу будут приносить по утрам, — доложила Охэку.
— Посмотрим, — проворчала Ия. — Ты уже знаешь, что теперь будешь ночевать здесь?
— Да, госпожа, — кивнула служанка. — Я себе уже постель в кладовке сделала. Теперь вот вам воду на чай грею.
— Да я не хочу, — отмахнулась девушка. — Пей сама.
Укладываясь спать, она вдруг поняла, что просто обязана завтра проводить Хваро, иначе он наверняка обидится.
Несмотря на то что пришелица из иного мира знала о своей любовнице, ей было приятно, что та испытывает к ней столь сильные, хотя, возможно, и не очень глубокие чувства.
Сама же Платина о себе такого сказать не могла. Сексуальные наслаждения как-то очень быстро теряли свою остроту, и отношение девушки к самозваному барону делалось всё более прагматичным. Она ценила аристократа за его, то есть её заботу, видя в этом надежду на безбедное существование в этом мире, и пыталась наплевать на те преступления, которые тот/та совершила, чтобы скрыть свою тайну.
В силу возраста Ия не имела опыта серьёзных отношений, но простой здравый смысл подсказывал, что надёжным фундаментом долгой совместной жизни служит не столько страсть, сколько общность интересов, а также нечто, туманно именуемое «родством душ».
Пока что Хваро не спешит посвящать её в свои дела, а значит, в этом Платина помочь ему никак не может. К тому же она ещё не чувствовала в себе готовности на те подлости, что творила её любовница.
Оставалось попробовать сблизиться на эмоциях. За эти дни она поняла, что здесь в замке, кроме секса, в свободное время Хваро любит читать стихи и… удить рыбу.
Последнему Ия обязательно научится. Удочки в сарае она видела, леску можно попросить у управителя. Уж в этом он точно не откажет. Даже скамейка у озера есть. Осталось только червей накопать или мух с кузнечиками наловить. Ну этим делом можно и служанку озадачить.
И стихи надо учить. Неплохо бы завтра при расставании прочитать что-нибудь коротенькое, но со смыслом. Ну и к его возвращению не помешает выучить что-нибудь эпичное. Можно даже из произведений того «голубого» поэта, что так нравится барону.
Приёмной дочери бывшего начальника уезда пришлось изрядно поднапрячь память, чтобы вспомнить сколько-нибудь подходящие строки.
Эти умственные усилия потребовали немало времени и сил, так что уснула девушка поздно, а проснувшись, испуганно посмотрела в окно, с облегчением убедившись, что ещё не рассвело. Тем не менее она приоткрыла створку и, выглянув наружу, разглядела на востоке розовеющие отблески зари.