Временами Ия переходила на быстрый шаг, потом вновь бежала, старательно избегая компаний подвыпивших горожан.
Один раз её окликнул пьяненький дворянин в мятой, скособоченной шляпе, но приёмная дочь бывшего начальника уезда сделала вид, будто ничего не слышала.
Добравшись до знакомого проулка, она прижалась к стене дома и, прячась в тени, тихонько окликнула Тусока.
— Кто это? — тут же отозвался сын хозяина харчевни.
— Иди домой, — велела девушка, по-прежнему не показываясь собеседнику. — И забудь этот вечер.
— Такое забудешь, — хмыкнул паренёк, спрыгивая на землю.
Едва в темноте затих шум его шагов, Платина подошла к фургону и взяла осла под уздцы.
Внезапно она ясно услышала приближавшиеся голоса, а на стене дома напротив мелькнул оранжевый отсвет.
«Патруль!», — охнула Ия, невольно прячась за своего «рысака», и тут же вспомнила, как едва не попала в лапы городских стражников во время одной из своих прогулок. Тогда её не заметили только чудом. Но что если сейчас их заинтересует притаившаяся в узком переулке повозка?
«Не удрать ли, пока не поздно? — подумала она, потихоньку отступая назад. — Может, и искать не будут? А если поймают, скажу, что это не моё!»
Бубнивший что-то неразборчивое голос и факелы приближались.
«Но без фургона нам Андо не вывезти, — лихорадочно размышляла девушка. — Ну так и не надо. Хваро всё равно ни в чём не виноват. Только как я всё объясню Нобуро? Если профукаю повозку, он и прибить может. Нет, фургон надо беречь. А стражникам скажу то, что велела Тусоку. Мол, хозяин велел его здесь ждать, вот я и жду, закона не нарушаю. Комендантский час ещё же не пробили».
Криво усмехнувшись, приёмная дочь бывшего начальника уезда легко вскочила на платформу, заставив ту немного покачнуться, и нырнула в будку. Ей почему-то очень не хотелось показываться перед стражниками в «спецодежде».
Торопливо поменяв куртку, вновь выскочила на переднюю площадку и тут заметила четырёх носильщиков, тащивших открытое кресло с каким-то тучным дворянином в круглой широкополой шляпе. Двое слуг с факелами освещали ему путь, а замыкал шествие охранник в воинской одежде с убранным в ножны мечом в руке.
Изрядно подвыпивший благородный муж, явно находясь в самом благодушном расположении духа, рассказывал самому себе о том, как замечательно провёл время в «Поющем под ветром тростнике».
Мысленно выругавшись, Платина подпоясала куртку матерчатым поясом, сменила шляпу и, спрыгнув, взяла осла за повод.
Появление фургона на ночных улицах Букасо являлось событием не рядовым, но и не удивительным, поскольку повозки здесь, как правило, разъезжали только при свете дня.
Поэтому редкие прохожие провожали Ию любопытными взглядами, но ни дворяне, ни простолюдины не пытались выяснить, кто она такая и что здесь делает?
Видела девушка и стражников. К счастью, лишь издали. Когда она подъезжала к перекрёстку, по нему как раз проходил патруль.
Возможно, воины не заметили фургон или не обратили внимание, направляясь куда-то по более важным делам. Но даже одно их появление заставили пришелицу из иного мира изрядно понервничать.
Хорошо, что у ворот усадьбы Андо задерживаться не пришлось. Видимо, специально дожидавшийся повозку Рокеро Нобуро торопливо распахнул створки при её приближении.
Едва Платина ввела ослика на передний дворик, молодой человек распорядился:
— Убери его куда-нибудь.
Понимая, что фургон у дома сразу бросится в глаза любому, кто заглянет в ворота, Ия повела животное в садик, где набросила повод на ветку низкорослой вишни.
В усадьбе по-прежнему царили тишина и спокойствие. Даже цикады стрекотали вроде бы не так громко. Возвращаясь на передний двор, девушка заглянула в сарай слуг. Мать и сын мирно спали, тихонько похрапывая. Похоже, снадобье сестры Этсек действует, а значит, госпожа Эоро Андо тоже погрузилась в сон.
— Сюда иди, — услышала Платина негромкий шёпот. Выйдя из тени ограды, дворянин призывно махнул рукой.
Убедившись, что его поняли правильно, он прошёл обратно к стоявшей у стены табуретке, которую, судя по всему, взял из спальни хозяйки дома.
Видимо, младший брат губернатора давно облюбовал это место, где, оставаясь незамеченным, имел возможность наблюдать за двором и слышать всё, что происходило на улице.
— Скоро пробьют комендантский час, — еле слышно проговорил бывший чиновник по особым поручениям. — Андо должен вот-вот появиться.
— Если не заснёт где-нибудь пьяный, — буркнула Ия. — Тогда придёт только утром.