— А такое бывало? — насторожился собеседник.
«Я же тебе рассказывала, — презрительно усмехнулась про себя девушка. — Тупица!»
Но вслух сказала:
— Случалось.
— Надеюсь, сегодня он придёт ночевать домой, — недовольно проворчал Рокеро Нобуро.
Подождав какое-то время, пришелица из иного мира не выдержала неопределённости и рискнула поинтересоваться:
— Скажите, что я должна делать? Мне надо приготовиться. Вы же знаете, как медленно я соображаю.
— Это точно! — презрительно фыркнув, мерзкий мажор заговорил противно-наставительным тоном: — Когда Андо войдёт, я схвачу его, отведу в дом и узнаю: когда и как Хваро вручил ему запрещённую книгу и письма? Он мне всё расскажет! А вам надо только исполнять мои приказы. И всё!
— Ох, господин, — притворно сокрушаясь, покачала головой Платина. — Простите моё неразумение. Но я так и не поняла, кто должен открыть ворота, когда он постучит?
Собеседник на миг задумался, прежде чем ответить уже не столь высокомерным тоном:
— Ты. Я встану рядом, чтобы было не видно, и когда он войдёт, приставлю к горлу меч.
Явно рисуясь, молодой человек с тихим шорохом обнажил до половины клинок, тускло блеснувший в рассеянном свете звёзд.
А Ия вдруг вспомнила то и дело мелькавшие на экранах её родного мира документальные и художественные кадры слаженных действий разного рода «групп захвата» и с сомнением заметила:
— Пьяный человек порой не знает страха. Вдруг Андо не испугается меча и закричит? Тогда вам придётся его убить, и некого будет везти в Хайдаро.
Самонадеянный сообщник раздражённо засопел. Делая вид, что не замечает его неудовольствия, девушка задумчиво продолжила, словно рассуждая сама с собой:
— Вот бы ударить его так, чтобы он сразу кричать не смог. Но не по голове. Иначе как потом с ним разговаривать? Вы же мастер боевых искусств, господин, неужели нет какого-нибудь такого хитрого приёма?
— Есть, конечно, — снисходительно усмехнулся дворянин. — Только тогда он просто упадёт.
— Возьмём его под руки и потащим! — тут же предложила Платина и деловито осведомилась: — А куда?
— В дом, конечно, не в сарай же, — машинально ответил младший брат губернатора, явно размышляя над её словами.
— В какую комнату? — с трудом сдерживая раздражение от тупости навязанного судьбой напарника, попыталась уточнить Ия. — Нам же надо сделать всё очень быстро, чтобы с улицы никто ничего не заметил. Так куда тащить: в его комнату, в кабинет, в зал…
— К госпоже Андо, — неожиданно для неё быстро определился собеседник. — Она всё равно крепко спит и ничего не слышит. Там и письмо ей оставим. Предупредим, что если её сына будут искать, то мы его убьём.
— Только писать придётся вам, — тут же заявила девушка. — Она мой почерк хорошо знает.
Посчитав молчание младшего брата губернатора согласием, Платина продолжила приставать:
— Когда Андо всё расскажет, ему тоже пилюлю дадим? Чтобы спал, пока мы его из города не вывезем?
— Да, — нехотя подтвердил бывший чиновник по особым поручениям, видимо, задетый тем, что сам до этого не додумался.
— Сразу свяжем, или перед тем как прятать в тайник? — не отставала Ия, стремясь окончательно прояснить все детали.
— Потом решим! — с нескрываемой злостью огрызнулся Рокеро Нобуро, явно раздражённый её приставаниями.
Однако, не находя себе места от волнения, она уже не могла остановиться:
— Фонарь нужен. Зря вы его потушили. Как будете писать в темноте?
— Так поди и зажги! — шёпотом рявкнул сообщник. — Он на столе у печки!
Девушка бодро вскочила, весьма довольная тем, что появилось занятие, позволяющее убить нестерпимо медленно тянущее время.
Угли в топке ещё не потухли. Поэтому она быстро запалила лучинку и поднесла её к крошечному фитильку.
Чтобы свет не заметили от ворот, Платина отнесла фонарь в комнату хозяйки дома, заодно убедившись, что старушка крепко спит, тяжело дыша через нос. Опасаясь, как бы та не задохнулась, бывшая ученица осторожно вытащила у неё изо рта кляп. Эоро Андо шумно втянула носом воздух, но не проснулась.
Заглянув в шкаф, Ия отыскала два шёлковых пояса, рассудив, что, перед тем как класть младшего писца в тайник, ему придётся связать не только руки, но и ноги.
— Где ты так долго шлялся? — раздражённо зашипел молодой дворянин.
Присев на корточки, девушка объяснила. Выслушав её, сообщник удержался от комментариев, но больше не ругался.
Из-за ограды донеслись непонятные звуки, и они замерли, вслушиваясь в ночь.