Как раз в это время вернулся подозрительно довольный Ошибка, видимо, поймал в лесу каких-то сусликов и съел живьём. Женщины смотрели на него с подозрением, но особого страха мутант не вызвал, видимо, насмотрелись на всякое.
Поместиться в салон машины теперь было непросто, запасы частично уменьшились, что позволило освободить немного места позади. Туда и сели все трое новичков, просто постелив на железный пол лохматую медвежью шубу.
Теперь дорога шла куда легче, за много лет Трофим изучил здесь каждый камешек, не говоря уже о сохранившихся дорогах, двигались с такой скоростью, что едва успевали наносить на карту пройденный путь. Скоро должны были пойти владения сектантов, я прикинул, стоило ли их обойти, но решил, что нет. Большой крюк получится, да и количество водных преград вырастает.
Переправившись через очередную речку-переплюйку, мы выехали на большой открытый берег, где были срублены деревья и даже старательно выкорчеваны пни. Остались только несколько самых толстых стволов, на которых попрактиковались местные резчики по дереву. Нас встретили статуи медведя, а ещё какие-то совершенно безобразные псевдочеловеческие рожи. Понятно, языческое капище.
— Куда дальше? — спросил Иван, оборачиваясь.
— Дорога уходит вправо, там кустарник, но за ним снова выйдем на широкую полосу. А где хозяева, я не знаю. Скорее всего, где-то рядом. Они точно знают, что мы здесь.
— Решатся напасть? — спросил я.
— Вряд ли, хотя, допускаю, что они не помнят, что такое оружие.
— Надо остановку сделать, — напомнил водитель. — Заправиться, топливо почти на нуле.
— Заправляйтесь, — великодушно разрешил Дэн. — Я пока послежу за лесом. Ошибка. Вперёд.
— Опять Ошибка, — проворчал мутант, но всё же поплёлся в сторону леса.
Мы успели вытащить бочку с бензином, перелить в вёдра, потом в бак, потом снова из бочки в вёдра, пока не наполнили ненасытную утробу вездехода. А потом вернулся Ошибка. Да как вернулся, вслед ему прилетели две стрелы, а сам он был напуган и сильно поцарапан, хотя это вряд ли было следствием нападения, скорее, просто поцарапался об ветки, когда быстро бежал по лесу.
Добежав до нас, он немедленно спрятался за вездеход.
— Сколько их? — спросил Дэн.
— Сссемнадцать… Восемнадцать… — Ошибка, видимо, плохо запоминал цифры, а потому начал загибать пальцы, а пальцев не хватало. — Много их, посссстоянно новые подходят.
— Луки?
— Есть, но мало, больше копья и дубины. Ещщщё топоры видел.
Некоторое время мы стояли молча, потом Трофим знаками приказал женщинам спрятаться, те без разговоров залезли в машину.
— Ошибка, — тихо приказал Дэн. — Бери автомат.
— Не хочу автомат, — фыркнул мутант. — Он шшшумный.
— Бери, быстро, как только начинают стрелять, я вправо, ты влево, скрываемся в зарослях.
Задавленный авторитетом начальника, он протянул руку в машину, откуда женщины подали ему автомат и два магазина. Враги, хоть и видели оружие в наших руках, особого страха не испытывали, но и нападать не спешили, постепенно сужая кольцо окружения. Скоро я уже мог различить людей за деревьями. Их много, очень много, полсотни или даже больше. Для автомата это не противник, но их не видно, что сильно мешает обстрелу.
— Эй, вы! — из-за деревьев высунулась давно не мытая рожа, наполовину скрытая нечёсаной седой бородой. Голос был хриплым, словно эти сектанты пьют круглые сутки. — Кто такие? Зачем явились? Хозяин гневается, кладите стволы и идите сюда.
— Разбежались! — добавив в голос презрения, прокричал я. — Ты не заметил, что у нас автоматы, в две секунды вас порешим, вместе с вашим хозяином.
В зарослях раздался хохот, множество голосов, но звук одинаковый, так смеются дебилы, которым показали палец.
— А патроны у тебя есть? — прокричал тот же бородач. — Твой автомат, что дубина.
— А ты проверь! — предложил я.
— Стас, ты готов? — спросил я у снайпера, который тоже залез под броню и теперь целился из снайперки через открытый боковой люк.
— Всегда готов, — отозвался он. — На выбор, правый глаз или левый.
— Любой, главное — успей ещё кого-то зацепить.
— Так что? — снова крикнул вожак.
— Старик, — я решил ускорить процесс. — Сейчас ты выйдешь сюда, положишь свою рогатину, а потом сам себя поцелуешь в зад. Тогда, глядишь, живым отпустим.
Дикие люди не понимают, что такое провокация, они до сих пор надеялись напугать нас, заставить сдаться. Верили, что оружие мы нашли, а патронов к нему нет и быть не может. Но даже в рукопашной испытывать силы не хотелось, даже при таком численном перевесе. Но я не оставил им шанса, вожак явно обладал большим авторитетом, а терять его вот так было недопустимо.