Ничего не предвещало беды. На улице стояла тихая майская ночь. Деревья легонько шуршали своими кронами, кусты нашептывали что-то романтичное траве и цветам, а Михалыч затягивался самокрутной папироской, любуясь яркими звездами. Где-то неподалеку материлась пара мужиков, темными тенями подкрадываясь к главному вход в детский сад. Стоп! Что!? Михалыч прислушался.
- Едрить твою налево. Какого неопознанного гуля, ты туда ползешь? Нам в другую сторону.
- А я, по-твоему, куда двигаюсь? – вторил ему злой голос.
- Двигай сюда!
Двое неопознанных мужиков прошелестели мимо остолбеневшего сторожа.
- Стой! Это еще кто? – подозрительные личности приблизились к Михалычу и внимательно стали его рассматривать.
Михалыч застыл в нелепой позе, изображая статую.
- Ого, какие нынче в детсадах фигуры делают, как живой.
- Отстань, пошли уже. Мало ли, какие фантазии у местной заведующей.
- И то правда.
Голоса начали удаляться. Михалыч с облегчением вздохнул. Он не был трусом, но заднее место, протертое долгой жизнью и привычкой прятать заначку, немного сжалось. Они, сторож и его потрепанное место, двинулись следом за мужиками.
Все вместе они пробрались внутрь, нашли живой уголок и с облегчением вздохнули. Мужики от того, что нашли искомое, Михалыч от того, что его не засекли сразу.
- Вот она, родимая. Забирай и валим отсюда.
- Не, я боюсь.
- Давайте её мне. – подал голос Михалыч.
- Держи… А ты еще кто?
Это было последним, что услышал Михалыч. На его многострадальную голову обрушилась тьма и мир перестал существовать. Тихой майской ночью в детском саду, смертью храбрых погиб отважный сторож в попытке защитить невинную Чупакабру от рук злых экологов. Где-то грустно кукукнула кукушка, а из рук пьяной в борщ уборщицы выпала очередная стопка.
Эпизод 3. Чудеса возрождения
Так плохо Михалыч не чувствовал себя даже после того, как во времена своей молодости, вместе с трудовиком напился спирта из кабинета химии.
Физрук в прошлом, сторож в настоящем, Михалыч отработанным движением провел языком по пересохшим губам … и обломался. Ни губ, ни языка – ничего. Он вообще сейчас был никем и ничем. Точнее, Михалыч был Михалычем, суть его души не поменялась, но вот оболочка, с ней были явные проблемы. Отсутствие физического тела ведь можно назвать проблемами, так ведь? Вот и Михалыч был такого же мнения.
В какой-то момент, сторожа потянуло куда-то. Сила притяжения становилась все сильнее и сильнее, в конце концов, она стала такой мощной, что сознание души, подвешенной в пустом пространстве, отключилось. Никаких вопросов, откуда у души сознание! Есть и все тут.
Когда же перед глазами немного прояснилось, то предметы вокруг начали подозрительно двоиться. Сторож напрягся.
Голова ощущалась тяжелой, как будто на самой верхушке темечка сидит маленькое, но мохнатое существо. Трясущимися руками сторож дотянулся и потрогал. Это не существо, это волосы!
Михалыч в ужасе схватился за сердце. Но и тут его ждал сюрприз. Сердца не было! С перепугу ему показалось, что сердца нет, но в реальности, оно просто не прощупывалась через мягкий слой уже неупругих, но сись.
- Эээээ… – пытался выругаться бедняга. – Эээээ!
«Что за нелепица?! Почему у меня отрасли сиси? Почему на голове чужие волосы? Где мое тело?» - такие глубокомысленные слова пронеслись в мозгу человека, который переместился в чужое тело после смерти.
Кроме этих вопросов, появились и другие. Где он находится? Михалыч неторопливо пощупал темное пространство вокруг себя. Что-то грохотнуло. Зажегся свет.
- Подсобка, – сказал Михалыч скрипучим женским голосом.
Да, Михалыч оказался в теле их уборщицы, которая любила заложить за воротник, залить за галстук, принять на грудь и не только. Бухала она короче. Сильно и с любовью.